В мрачной атмосфере средневековой криминальной лаборатории ждет приключение Таня Гроттер, белого мага с чередой опасных заклинаний. Здесь она столкнется со своими худшими слабостями и должен будет использовать все свои силы, чтобы оставаться в живых.
Таня увернулась от громадной лапы, пытавшейся впечатать её в стену, и бросилась к корзине. Морщась от омерзительного запаха, она стала швырять гниющие вырезки, выкрикивая:
– Гуллис-дуллис! Труллис-запуллис! Фигус-зацапус!
Больше всего Таня опасалась, что заговоры не сработают без магического кольца, но, похоже, в тухло-больных мячах сохранялась остаточная магия, И – её оказалось достаточно!
Бедные языческие истуканы! Им приносились кровавые жертвы. Некоторые, прежде чем попасть в Тибидохс, пролежали в земле тысячу лет.
Неуклюжим свирепым гигантам немедленно залепило все физиономии, и они принялись, не разбирая, колотить друг друга. Запах гниющего мяса дразнил их. Откалывались носы, уши, отлетали пальцы. Агух визжал, жадно вцепившись острыми зубами в кусок с костью.
– Что это было? Что это за заклинания? – поразился Ягун.
– Обычный заговоренный пас. Вы хотите сказать, что у вас в тухлобол играют без заговоренных пасов? – не поверила Таня.
Объяснять подробнее у неё уже не было времени. Хорошо, что Ягун схватывал все с полуслова.
– Как ты там сказала? Дай попробовать! Труллис-запуллис – крикнул он, бросая очередной кусок.
Кость в зубах у Агуха взвилась в воздух и стала носиться по каменному мешку. Болотный хмырь издавал истошные крики и вздрагивал кривыми ножками.
– Всех прокляну! – вопил он. – Не знаете, с кем связ-залис-сь! Я вас растерза...
Мясо врезалось в кирпичную стену.
– ...заю! – Агух сполз на пол, улыбнулся в неизвестность и вырубился.
Пока Ягун довольно созерцал свой рогатый трофей, Таня и Ванька Валялкин бросились к Сарданапалу и попытались освободить его от оков. Но обруч Чумы-дель-Торт держал крепко: он лишь потрескивал от черной магии. Одно лишь Ванькино кольцо никак не могло с ним справиться.
Борода и оба уса Сарданапала решительно показали на дверь.
– Бегите! Обо мне не беспокойтесь. Запомните, что я вам сказал! Золотая Пиявка! Раздавите ее! – отрывисто потребовал академик.
Стены Тибидохса вновь дрогнули. Из бездонного колодца донесся неясный, долетевший словно из немыслимой дали вздох. Черепаха начинала терять терпение. Еще немного, и она попытается стряхнуть с морды досаждающих ей истуканов, и тогда...
Таня бросилась к лестнице.
