Грозовая стихия атакует магическую школу Тибидохс, а в заброшенной сторожке Таня Гроттер находит древнее пророчество. Если выпустить древнего духа, произойдет катастрофа: Золотая Пиявка заползет в магический огонь и рвущаяся веревка разрушит все вокруг. Тане предстоит предотвратить беду и...
Раздел Chitat.online для книги «Таня Гроттер и Золотая Пиявка» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Грозовая стихия атакует магическую школу Тибидохс, а в заброшенной сторожке Таня Гроттер находит древнее пророчество. Если выпустить древнего духа, произойдет катастрофа: Золотая Пиявка заползет в магический огонь и рвущаяся веревка разрушит все вокруг. Тане предстоит предотвратить беду и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Александрович Емец Детские книги Детская фантастика подборки серии
Грозовая стихия атакует магическую школу Тибидохс, а в заброшенной сторожке Таня Гроттер находит древнее пророчество. Если выпустить древнего духа, произойдет катастрофа: Золотая Пиявка заползет в магический огонь и рвущаяся веревка разрушит все вокруг. Тане предстоит предотвратить беду и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как и большинство магических свитков, береста казалась совершенно чистой, но стоило Ягуну приложить к ней свой перстень, как на бересте требовательно вспыхнули буквы:
«Получателю сего срочно явиться в кабинет к Сарданапалу!»
– Ой, мамочка моя бабуся! – опечалился Ягун. – Не нравится мне все это! А когда явиться-то?"
"«Уже пять минут назад!!! И без фокусов! Береста послана заказным купидоном с уведомлением о получении!!!» – откликнулась грамота.
Убедившись, что отвертеться не удастся, Ягун печально вздохнул.
– Спорю на что хочешь, это Поклеп на меня накапал! Теперь жди головомойки, – сказал он.
«И ещё какой!» – заверила его береста.
Вскоре Ванька Валялкин, Таня и Ягун уже стояли перед двустворчатой дверью. Один из изображенных на ней сфинксов открыл глаза. Одновременно на двери вспыхнули алые буквы:
«Ягун, поторопись! Лауреат премии Волшебных Подтяжек, пожизненно-посмертный глава школы Тибидохс, академик Белой магии Сарданапал Черноморов ждет тебя!»
– Ну, я пошел! Держите за меня пальцы! – прошептал Ягун.
Таня и Ванька Валялкин попытались проскочить следом за Ягуном, чтобы вместе отстаивать его, но сфинкс спрыгнул с двери. Он загородил им дорогу и негромко зарычал, обнажив мелкие, но очень острые зубы. Дверь захлопнулась.
Таня успела только заметить, что в кабинете, кроме Сарданапала, были ещё Медузия, Ягге, Поклеп Поклепыч с забинтованной рукой и... профессор Клопп.
– А этот-то откуда тут взялся? – поразилась Таня. – Интересненькое дело! И Медузия на него не набрасывается! Не пойму я этих взрослых!
* * *Баб-Ягун оставался в кабинете Сарданапала никак не меньше часа. И, как можно было предположить, этот час не был лучшим часом в его жизни. Изредка наружу доносились возбужденные голоса и ещё какие-то подозрительные звуки – кажется, кто-то грохал кулаком по столу. После каждого удара сфинкс на дверях начинал волноваться и хлестать хвостом.
– Да, Ягуну не позавидуешь! – вздохнул Ванька.
– Угу. И что он такое сделал? Только хотел как лучше. Можно подумать, он захватил зеркало из вредности! – кивнула Таня.
Внезапно дверь распахнулась и наружу выскочила бабушка Баб-Ягуна – Ягге. Таня едва узнала всегда уравновешенную хозяйку магпункта. Цветастая цыганская шаль сбилась на плечи. Волосы под шалью были совсем седыми. Из вишневой трубочки валил такой черный и густой дым, точно внутри скрывалась, по меньшей мере, паровозная топка.
– Какой позор! Тебе хоть кол на голове теши! Весь в папашу, этого жуликоватого выскочку из лопухоидов! Что сказала бы твоя мать, будь она жива! Вот выпало счастье иметь такого внучка! – выкрикивала Ягге, обращаясь к плетущемуся следом Баб-Ягуну.
В коридоре Ягун незаметно отстал и приблизился к друзьям. Вид у него был подавленный.
