Автор
В глубине классной комнаты нарастает паника: учительница встает и медленно направляется к «галерке». Это двойные листочки… за что? Каждый жест училки усиливается страхом, когда она оказывается рядом. Закрыв глаза, чувствуешь толчок паники, как будто сердце уходит в пятки....
Сама не знаю, чего хочу. Точнее знаю. Не что, а кого. Да, хочу. Себе в этом признаваться не страшно. Была бы я чуть посмелее, как Света, например, сейчас бы стояла не в своем огороде, а у дверей Соболева.
Никакие три дня наедине с собой ничегошеньки не решили. Кажется, стало даже хуже. Кого я вообще обманываю?
Шумно вдохнула и замерла, увидев Петю по ту сторону забора. Сердце забарабанило как сумасшедшее. Вроде бы и расстояние приличное, но я и отсюда вижу, что он улыбается. Впрочем, как и я. И тут в меня словно молнией ударило от осознания, что я не просто увлечена мужчиной и хочу физической разрядки, я влюбилась в этого обольстительного гада.
Смотрю за тем, как Петя ловко перепрыгивает через забор с какой-то мальчишеской улыбкой на губах, и сердце заходится в очередном приступе тахикардии. Закусываю губу, дабы не выдать свою радость с головой. Останавливается в шаге от меня.
— Соскучилась, Васенька?
— Ну разве что, самую малость.
— От нуля до десяти, — склоняет голову на бок, при этом не перестает улыбаться.
— Девять.
— Девять…, — словно смакуя, произносит Соболев по слогам. А затем хватает меня за запястье и тянет на себя. — Так, может, уже влюбилась? — перемещает ладони на мои ягодицы.
— Может, — пожимаю плечами.
— Давай на ручки, — игриво произносит Петя, сжав пою попу.
Запрыгиваю на него, попадая в крепкие объятья. Думала что-нибудь да обязательно переломаю ему, но нет, к счастью, Соболев не произнес ни звука, как будто я пушинка.
Петя заходит в дом, не опуская меня на пол. Скидывает кроссовки на ходу и проходит в коридор под громкий Тошин лай.
— Извини, дружок, до восемнадцати такое смотреть нельзя, — усмехаюсь Пете в шею, еще крепче обнимая."
"Не хочу, чтобы отпускал. Хочется продлить этот момент как можно дольше.
