История советского танкиста, вчерашнего студента, который в начале войны попадает в штрафную роту. Пройдя испытания боями, он превращается из штрафника в боевого воина, участвуя в ключевых сражениях Великой Отечественной войны и борясь за выживание.
Раздел Chitat.online для книги «Танкист-штрафник (с иллюстрациями)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История советского танкиста, вчерашнего студента, который в начале войны попадает в штрафную роту. Пройдя испытания боями, он превращается из штрафника в боевого воина, участвуя в ключевых сражениях Великой Отечественной войны и борясь за выживание.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История советского танкиста, вчерашнего студента, который в начале войны попадает в штрафную роту. Пройдя испытания боями, он превращается из штрафника в боевого воина, участвуя в ключевых сражениях Великой Отечественной войны и борясь за выживание.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Люди, мучаясь, умирали сутки-двое. К лету сорок третьего некоторые полицаи переходили на сторону партизан. Чтобы оправдаться, освобождали и приводили с собой арестованных заложников, членов партии, приносили оружие, медикаменты. Полицаев вроде принимали, но вскоре по-тихому стреляли или топили. Мстили за погибшую родню и друзей. Мало кого щадили. Самых молодых. Мальчишек лет по семнадцать. Да и то не всех. Когда пришли наши, старшего лейтенанта проверяли две недели в особом отделе. Помогла справка за подписью секретаря райкома. В начале войны командовал стрелковой ротой, в июле сорок третьего доверили только взвод. Был ранен во втором бою. Не скрывает радости, что все так складывается. Поверили, простили (за что?), и он снова командир.
…Немецкий «фердинанд» из засады расстреливал за два с половиной километра наши танки, идущие по рокаде (дорога, параллельная передовой). Вначале никто ничего не мог понять. Выстрелов из-за дальнего расстояния и гула моторов слышно не было. Сильная оптика, высокая точность наведения. Пробивал борта «тридцатьчетверок». Маскируясь, стрелял очень редко, и только по танкам. Долго не могли понять, откуда прилетают снаряды. Когда вычислили, привезли две дальнобойные пушки-шестидюймовки. Командир батареи рассчитал расстояние и, выпустив пять снарядов, поджег самоходку.
…Наши летчики – молодцы. Идут в атаку, невзирая на численное преимущество. Дерутся отчаянно, но гибнет их много. Немцы – опытные асы. О господстве нашей авиации в воздухе летом сорок третьего говорить не приходится.
…Разговаривал с сержантом, награжденным тремя медалями «За отвагу». Наводчик «сорокапятки». Четыре ленточки за ранения. Под Орлом мина уничтожила почти весь расчет и разбила пушку. Осколками срезало три пальца. Сержант считает, что его переведут в ездовые. Про свои пушки говорил так: «Мелкие, но злые». Перечислял подбитую технику. Запомнилось, что в последнем бою с пятисот метров успел расстрелять четыре пулеметных гнезда. Приезжал командир батареи, привез спирта, махорки, спрашивал, когда выпишется. Обещал орден и сразу забрать, как только подживут культяшки.
– Пойдешь?
– Пойду, – ответил сержант.
– А как же в ездовые?
– Не знаю. В батарее и дивизионе меня уважают. Не хочется бросать своих.
Его выписали через два дня. Что-то в сержанте после четырех ранений сломалось. На медкомиссии не притворялся, но и не старался показать, что здоров. Признали «годным к нестроевой». С первой же командой ушел в хозвзвод стрелкового полка. На прощание говорил так: «В истребительном полку меня без пальцев сразу к пушке поставят. Там глазомер нужен, не пальцы. А вот в пехоте с винтовкой не справлюсь. Буду возле лошадей»."
"…Делая записи – рискую. Политработники, особисты.
