История советского танкиста, вчерашнего студента, который в начале войны попадает в штрафную роту. Пройдя испытания боями, он превращается из штрафника в боевого воина, участвуя в ключевых сражениях Великой Отечественной войны и борясь за выживание.
Раздел Chitat.online для книги «Танкист-штрафник (с иллюстрациями)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История советского танкиста, вчерашнего студента, который в начале войны попадает в штрафную роту. Пройдя испытания боями, он превращается из штрафника в боевого воина, участвуя в ключевых сражениях Великой Отечественной войны и борясь за выживание.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История советского танкиста, вчерашнего студента, который в начале войны попадает в штрафную роту. Пройдя испытания боями, он превращается из штрафника в боевого воина, участвуя в ключевых сражениях Великой Отечественной войны и борясь за выживание.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Путь победного наступления обходился немалыми потерями.
Через пару часов мы увидели следы отступающей колонны. Грузовик без переднего колеса и с вырванным мотором. Сброшенная на обочину повозка и убитая лошадь. Куча догорающих катушек с телефонным проводом. Эти удобные, легкие катушки и разноцветный провод, который легко было соединять в местах разрыва, ценились нашими связистами. Немцы, несмотря на спешку, не поленились их сжечь. Мы увеличили скорость. Мой танк шел первым, не считая мотоциклов разведки, которые умчались вперед. Вскоре один из мотоциклов вернулся. Сержант, сидевший за пулеметом, доложил:
– Хвост колонны километрах в трех. Повозки, грузовики.
Я связался с Таранцом. Он шел между первой и второй ротами. Догнал меня и передал по рации, что огонь открывать по его команде. Лошадей, по возможности, не гробить. Мы не собирались щадить немцев, но лошадей убивать не собирались. Даже в городах, до войны, это был основной транспорт. И у нас в поселке все перевозки осуществлялись на лошадях. Мы любили и подкармливали этих умных животных, которых тоже не щадила война.
Мы разнесли колонну. Десятка три повозок, примерно столько же грузовиков, несколько бронетранспортеров и две самоходки «артштурм»."
"Немцы успели подбить один из танков, но остальные наши танки и самоходки неслись, догоняя снарядами и пулеметными трассами грузовики. На дороге образовался затор. Вспыхивали бензобаки, взрывы снарядов разламывали машины, вверх взлетали доски разбитых кузовов и клочья брезента. Тяжелый снаряд СУ-122 попал в итальянский «фиат», набитый солдатами. Вместе с досками разлетались разорванные тела, руки, ноги, каски. Все напоминало «гиблый овраг», когда при прорыве из окружения осенью сорок первого года мы оставили в безымянном овраге сотни две убитых и тяжелораненых, накрытых минометным огнем. Там покалеченные и мертвые красноармейцы лежали друг на друге, а немногие уцелевшие убегали и падали, исчезая в столбах минометных взрывов.
Через два года нечто подобное повторилось, но умирали уже немцы. Отставшие от основных сил и не способные противостоять несущимся на них танкам. Справа была голая степь с оврагом вдалеке. Слева – редкие кусты акации, среди которых можно было спрятаться от пуль. Но две «тридцатьчетверки» неслись, подламывая сухие кусты, заставляя немцев вставать, метаться и попадать под пулеметные очереди. Поднятые вверх руки ничего не значили. Когда у фрицев были пушки, они сожгли в Штеповке едва ли не целый танковый батальон. Расстреливали из бойниц в толстостенных домах нашу пехоту и добивали раненых.
Сейчас все обстояло по-другому.
