В первые дни войны, когда фашисты развернули танковые армады на спешке, они нанесли мощный удар, прорвав оборону советских войск. В Западном Особом округе критическая ситуация обострялась, узким карманом вжимая немецкие танки между армиями союзников севером и югу.
Возле них по пояс голые немецкие солдаты плескались водой из железных кружек. Возле одинокой березки горел костер, над ним висел котел. Еще один солдат помешивал в котле большим половником. На дереве висели полотенца и еще один половник. Соколов насчитал шесть солдат. Потом увидел седьмого. Тот с винтовкой на ремне прохаживался возле машин со стороны дороги. Часовой. Должен быть еще один, решил лейтенант и стал искать глазами. Точно, возле двух немецких танков топтался еще один солдат с винтовкой.
Всего танков было восемь.
Чем тут занимались немцы, Соколов не понимал. Наверное, готовили к буксировке четыре своих танка.
Вернувшись к своему экипажу, Алексей рассказал о своей находке. Танкисты загорелись идеей вооружить танк, и тогда можно было не бояться встреч с немцами в открытом бою. Обидно было сознавать, что в твоих руках грозная боевая техника, но она беспомощна.
"– Танк загоним подальше в лес, – стал излагать свой план Соколов и чертить на земле схему. – Бабенко, вы, как всегда, остаетесь рядом с машиной. Для охраны, и, возможно, нам срочно понадобится вся ее мощь и оставшиеся снаряды. Дальше. На поле едем на немецком грузовике. Немцев восемь человек. Двое все время на посту: один у машин со стороны дороги и леса, второй возле немецких танков. Возможно, ночью посты парные, нам ошибиться нельзя. Поэтому нападем еще засветло.
– Не получится, – возразил Логунов. – Нас пойдет туда всего четверо. Один снимает часового у дороги. Значит, нам троим надо перебить шестерых. Не получится. Только если будем стрелять, тогда можно успеть каждому застрелить двоих. Надо идти ночью и бить спящих ножами.
– Тоже может не получиться, – с сомнением покачал Соколов головой.
