— Вспомнили, спустя почти одиннадцать лет? Лучшим даром была бы помощь в выкармливании и выхаживания сына, а не когда за лишнюю чашку молока, я должна была терпеть вас, едва перестав кровить после родов.
— Возможно мы ошибались, в любом случае, это в прошлом. — С каким бы удовольствием я б сейчас разбила ему морду в кровь.
— Не для меня! Каждый миг помню. Для меня тот ад все ещё настоящее.
— Ты не должна так говорить. Сын слышит и относится к нам с отчужденностью, не признает до сих пор.
— Сын не слышит. Сын знает. — Наг, услышав последние слова девушки даже шарахнулся в сторону. — Как ты думаешь, кто вытаскивает меня из моих кошмаров, кто успокаивает и вытирает мои слезы. Для чего он освоил столь сложное заклятье, как зеркало памяти?
Что бы понять, от чего я так боюсь закрывать глаза по ночам.
Каяна развернулась и со всех ног кинулась в сторону дома. Наг ещё долго смотрел ей вслед, мешая мне пройти. В конце концов, я не выдержала и прошла мимо него. Он даже головы не повернул. Да уж.
Новость, что сын — сильный маг, знает, как издевались над его матерью и явно не настроен прощать, вгонит в ступор кого угодно. Ну, тут сами виноваты, посеешь ветер, пожнёшь бурю. И ни жалости, ни сочувствия у меня для мужей Каяны не было, как впрочем и для племянников Маиссы. Кроме как справедливым воздаянием, я произошедшее с ними считать не могла. Но дойти до дома спокойно, мне видимо было не суждено.
Где-то в этих зарослях, я свернула не туда. И вместо того, чтобы прийти к дому, пришла на хорошо утрамбованную площадку с небольшим ограждением. Зато сразу стало понятно, почему перекусить нам так и не принесли.
Хард, в срочном порядке, наверстывал упущения в воспитании сына. Ну, или площадка ему показалась недостаточно утрамбованной, и он ее доутрамбовывал. Сыном. Сын пытался сопротивляться, но я, по понятным причинам, болела за отца.
Странными вещами забита моя голова. Два нага, сильных, гибких, нереальных для моего мира существа, старательно пытались взять верх над друг над другом. А в моей голове звучала музыка из "Спартака", того самого, мрачного балета с Лиепой.
Я помню, как заворожено, я смотрела на тренировочный бой Дардена и Арда, восхищаясь ощутимой силой и мощью. А сейчас, я любовалась хищной яростью, немыслимой гибкостью и настолько быстрыми ударами, что порой не могла их отследить. Особенностью нагов в бою, было использование хвостов. Это было красиво! Очень красиво, но не мое.
Я любовалась, мне нравилось то, что я видела, но того чувства собственнического любования не было. Если бы я спешила, и мне не было бы любопытно, как именно "убавляют дурь" у нагов, я бы спокойно могла пройти мимо.