Но я никогда не приму их, как своих отцов! Поэтому ничего страшного со мной не произойдёт, успокаивайся, попытайся обуздать свое пламя, иначе ты сама сгоришь. Понимаешь, надо успокоиться. Пожалуйста, мама!
— Не сможет! Проснувшаяся сила такой мощи, у взрослого и на эмоциях… Безнадежно. Сама не справиться. — К Рису на расстояние вытянутой руки приблизился незнакомый наг-мальчишка, по виду ровесник Наариса, с чешуей цвета старого золота и темно-бордовыми разводами по всему хвосту. — Я ядовит, и небольшая порция яда ее усыпит на некоторое время. А пока она будет во сне, эмоции, которые питают её пламя, спадут. Только мне ее укусить надо. Можешь пламя чуть оттянуть на себя? Клянусь, не причиню вреда.
Рис кивнул мальчишке и буквально на несколько секунд заставил языки пламени освободить небольшой кусочек кожи на запястье. Золотисто-бордовый наг стремительно прижался к запястью Каяны и укусил, и буквально сразу отстранился.
Падающую девушку подхватил на руки жрец, оттянул веки, внимательно разглядывая глаза, прощупал пульс. И успокоив Риса, что все хорошо и что Каяна придет в себя буквально через пару часов, понес девушку к зданию гостевого дома.
Все больше я понимала, что свадьба в нашей семье, явление катастрофическое, сулящее крупные неприятности и срабатывающее лучше любых примет. А ещё меня не оставлял в покое вопрос.
Что значит "уже 14 лет Каяна"?
Следующие пару часов этого суматошного утра, мы провели в комнате Каяны, дожидаясь ее пробуждения. Во избежание ещё одного выброса силы, все мужчина были выставлены прочь. Что не помешало им расположиться под открытым окном. Упрямец Саргус, едва обработав раны, был там же.
В комнате остался только Рис и его самовызвавшийся помощник, прибывший с отцом накануне, наследник нагаата Ярл. Удивительно, но мальчишки быстро нашли общий язык и сейчас спорили, разбирая какую-то из битв, разнося некомпетентность полководцев и опровергая аргументы друг друга. Причем, схему сражения они рисовали по памяти.
В комнату вошла настоятельница.
— Как у вас тут? — Поинтересовалась она, осматривая Каяну, хотя нужды особой в этом не было.
Элина, находившаяся здесь, от постели Каяны не отходила, да и жрец осмотрел ещё раз, едва принес девушку в комнату. А сейчас распекал нагов-мужей. А звуки ударов, иногда доносящиеся через окно… Нууу, это он, наверное, на эмоциях кулаком по ладони стучит. Наверняка. И узнавать я не буду. Эти охламоны заслужили хорошую взбучку.
Тем не менее, настоятельница прощупала пульс, потрогала виски, и пыталась прослушать сердцебиение. Чтобы было удобнее, она отвела руку Каяны в сторону, и ее внимание привлекло темное пятно, находящееся почти в подмышечной впадине. Мы с настоятельницей переглянулись и стали рассматривать повнимательнее.