— После восстанавливающего, чувствовала себя сильной, даже молока приходило больше. А от успокоительного, прекращалась даже самая сильная истерика моментально. Я бы и сейчас не отказалась, такой ясной головы и четких мыслей как после него у меня не было никогда. — Вспоминала Каяна.
— А теперь представь, как действовали зелья, разработанные специально для нагов на самих нагов. Ты извини, что я об этом напоминаю, но хочу, чтобы ты понимала. Это невозможно контролировать. Разум отключается, сила воли исчезает. Остаётся только одна мысль, одно желание. Я могу тебе подробнейшим образом рассказать, как действует то зелье, что вызывает похоть, и которым поили втихую нагов. Знаешь, я б на месте повелителя, не носилась бы теперь с человечками, как с даром богов, уговаривая и убеждая. Я бы просто напоила каждую смесью этих зелий, вызывающих ярость и похоть, и заперла бы на сутки в комнате с мужьями. Сразу бы по-другому на это посмотрели. Поверь.
Мы с удивлением вытаращились на Мию. Вот уж от кого, но от нее высказываний в защиту нагов никто не ждал. Тем более таких высказываний. А она между тем продолжала.
— И не смотрите так! Вы бы сильно удивились самим себе на утро! Я испытала на себе только одно. Но осуждать нагов, что под воздействием этих зелий причиняли вред женам, не могу. Именно за это, нет! А вот огненные в храм не ходили, понимаешь? И не набрасывались в неконтролируемой ярости, которую невозможно удержать, когда себя не осознаешь, когда за тебя действует отрава, что овладела твоим телом. Нет. Они издевались, не торопясь, получая от этого удовольствие. Смотрели, как я пытаюсь удержать себя, или загибаюсь от боли после их дряни, и радовались моему унижению. Чувствуешь разницу? Когда причиняют вред, но не осознают себя, или когда это один из способов получения удовольствия. Именно поэтому, я ни разу не согласилась их выслушать или, не приведите все боги этого мира, остаться с ними наедине.
— Мия, там, в лагере мародёров, эти змеи, умирая, переживали за тебя. За то, что их ошибка дорого обойдется тебе. — Я не могла промолчать и не сказать о тех словах.
— Так я и не говорю, что я была им безразлична, и они не хотели меня вернуть. Или что лично вот они готовы были делиться своей личной игрушкой с другими. Нет. Они даже по-своему заботились обо мне. По крайней мере, лекаря вызывали вовремя. — Мия невесело усмехнулась.
Мне начинало не нравится то направление, на которое свернул разговор. Создавалось впечатление, что мы усиленно сватаем Каяне её же бывших. Словно никакого другого выбора нет вообще! Что-то ни Элина, ни Мия надолго вольными пташками, после разрыва брачных связей, не остались.
Элину сграбастал себе орк, который ходил за ней неотступно, хоть и в волчьей шкуре.