Строжайшая коммерческая тайна…
— Да я поняла, поняла, — заверяю ее я, понимая, настолько бесценна информация на флешке.
— Тебе нужно тщательно изучить материал, — она роется в папках, которые принесла, и возвращает одну из них мне. — Это копия твоего бизнес-плана. Оригинал у Джареда. Он его оценил. И одобрил пару дней назад. Несколько людей уже уехали в Европу, чтобы подготовиться к переговорам с домом «Лаура» — те самые закупщики украшений для модных показов, которых ты нашла. Молодец, хорошая работа, — Беатрис лицемерно улыбнулась мне, и забрала папки. — Ох, столько всего нужно сделать до отъезда….
Значит она тоже едет. Значит летит и Джаред. В Париж мне тут же расхотелось. Хорошо, что я не еду.
— Кстати, ты собрала вещи? Не забудь парочку вечерних платьев на выход, в таких поездках, мы часто выбираемся куда-нибудь по вечерам. Корпоративная этика — наш коллектив должен быть дружным и сплоченным, — Беатрис по-прежнему не смотрит на меня, а листает какую-то папку.
— Какие вещи? — я ощутила давление где-то в районе солнечного сплетения. Снова это нехорошее предчувствие.
— Мелания, ты что, совсем не проверяешь почту? Еще утром тебе и остальным отправили информацию о самолете, времени и дате вылета. Завтра ты со второй группой летишь в Париж.
Я даже потеряла дар речи, услышав эту новость. Я так и не поняла, летит ли Беатрис с Джаредом?
Моя нижняя губа начинает непроизвольно дрожать, когда я всего на секунду представляю, как Джаред нагибает Бетрис над своим рабочим столом.
Отгоняю неприятный образ, вспоминая о Париже.
Но я даже злиться не могла, потому что на меня свалилось такое счастье, что я завизжала от радости, прокрутившись на стуле.
— Сама непосредственность, — проворчала Мур, глядя на меня, как на маленького ребенка.
— Париж! Я еду в Париж! Беатрис, спасибо! — я была готова расцеловать свою новую знакомую, несмотря на то, что она такая стерва. Мысленно я уже собирала чемодан, и радовалась поездке.
Париж. Новые эмоции. Мечта, которой грезила с детства. А главное — это за несколько тысяч миль от Джареда. И у меня больше не будет искушения найти предлог, чтобы зайти в его кабинет, и просто увидеть его снова.
Новые позитивные эмоции полностью сотрут наше сближение из памяти.
Сходя с ума от счастья и радости, я пишу в чат Сэм. У меня даже нет сил притворяться, что я расстроена, что мы не успеем увидеться до моего отъезда:
Прижимаю телефон к груди, и улыбаюсь, глядя на Беатрис. Она едва заметно пренебрежительно кривит губы. Я знаю, о чем она думает. Что я ребенок. Так и есть, я веду себя именно так, потому что для меня это настоящее чудо, в то время, как она, наверняка, не раз в нем была.