Таргитаево чавканье он слышал за дюжину шагов, а уж когда невр начинал дудеть на сопилке, так вообще, птицы в ужасе улетали прочь. Потом, правда, песня стала мягче, мелодичнее, и уже не резала по ушам.
Один раз дударь отправился его искать, нашел в небольшом овраге, где тот сидел с пергаментом и гусиным пером. Парень старательно макал его в чернильницу, выводил на пергаменте слова, которые складывались во множество строк.
– Что ты пишешь? – спросил с любопытством.
Нестор повернул голову, едва не задохнувшись от запаха чеснока, который мощной волной шел от Таргитая. До этого не учуял – вот, что значит, с головой ушел в работу.
– Да так…– молвил в ответ. – Записываю…мои…то есть наши с тобой…Или даже нет – твои!…приключения.
– Мои? – удивился дударь. – Зачем? Хотя, с другой стороны…
Он улыбнулся, лицо приняло мечтательное выражение, как у кота, что подумал о сочной и жирной рыбе. Нестор сразу понял: даже такому скромняге, как Таргитай, польстило, что его похождения пытаются увековечить в бересте.
– Ну ты тогда…это…– попросил Тарх, – пиши красиво. Чтоб людям потом нравилось. Все же я ради них всегда старался…
Нестор был так погружен в работу, что не удосужился спросить – в каком смысле невр старался ради людей. Тарх вернулся к костру и снова принялся играть на дудочке, а Нестор продолжил скрипеть пером по пергаменту.
В города и села старались не заходить, обходили по широкой дуге. Питались едой из мешка, что им перед выходом наколдовал Герондат – там был хлеб, головка сыра, ломти жареного мяса, хвощ и яблоки. Нестор ел мало, и смог бы растянуть это на неделю, если бы не зверский аппетит дудошника. Таргитай уничтожил все в первый же вечер, а Нестор успел лишь заморить червячка.
На следующий день срывали ягоды, нашли дикую яблоню, плоды оказались на удивление сладкими. Потом собирали грибы, вечером зажарили на костре, и Тарх снова наелся от пуза.
Однако на третий день все-таки зашли в маленькое село, купили еды, и снова отправились в путь, предпочитая лесные тропы проезжим дорогам. Там в основном видели телеги с крестьянами, но частенько и замечали клубы пыли, из которых потом выскакивали всадники в блестящих на солнце кольчугах.
Когда один раз снова зашли в деревеньку, решили купить молока у красивой молодой девки. Она улыбалась Тарху, строила глазки, тот начал ей что-то рассказывать, потом показал сопилку. Невр попросил Нестора погулять, сказал, что встретится с ним за околицей.
Парень обошел все село несколько раз, хотел найти Тарха и сказать, что пора идти, но тот как сквозь землю провалился. Позже дудошник нагнал его, когда парень уже топал с мешком еды в сторону леса. Вид у Таргитая был радостный и разморенный.