Автор
В тишине. Таргитай одним рывком бросил Меч в перевязь. Промет медленно приподнялся на локтях, лицо бледное и напряженно изогнуто от боли. Он шепотом благодарит за спасение, но Род несправедлив – подчеркивает дудошник. Вздохи печали весят легендарного воина, как тяжесть сгинувших дней и мечей....
– Какого лешего понадобилось в Аргоне? – бросил высокий стражник грубо.
Таргитай заявил:
– Иду на службу вашему царю Алкедону! Хочу добиться справедливости для… для всех!
Воины переглянулись, в глазах непонимание, но потом оба заржали, как кони.
– Справедливости, говоришь? – уточнил низкорослый. – Ха-ха! Жарок, ты слыхал?
Высокий поддержал, глядя на Таргитая насмешливо:
– Да уж, Кармид, у нашего царя справедливости добьёшься разве что когда свиньи полетят! Хе-хе. Откуда ты такой взялся? Из леса что ли вышел?
– Алкедону пригодятся такие, как ты, – добавил Кармид, всё ещё смеясь, – в личную охрану.
– Куда мне идти? – спросил Таргитай, хлопая длинными ресницами. – Где царский дворец?
– Таких, как ты, в город каждый день прибывают сотни, варвар! – заметил высокий Жарок. – Если хочешь, чтоб царь тебя прям заметил в этой толпе, сделай что-нибудь стоящее. Дай в морду царскому воеводе! Или влезь в окно к дочери градоначальника! Ха-ха-ха! Тогда тебя заметят точно!
– Царь лично присутствует на казни особо бесстрашных разбойников, – добавил низкорослый Кармид по-дружески.
– Но… – начал было изумлённый Таргитай.
Однако воины, всё также громко хохоча, развернулись и ушли вместе с остальными.
Вздохнув, дударь двинулся по улице, глядя на дома из дерева и камня, массивные, крепкие, в два-три поверха, что тянутся вокруг. Отовсюду доносятся голоса, шум.
Невр хоть и двигается, постоянно от любопытства вертя головой, перед ним расступаются, дают дорогу. Наконец, перестал глазеть по сторонам, теперь идет, рассматривая мужчин и женщин, которыми запружена улица.
Много кто одет просто, но одежда всё равно из добротной ткани или кожи, рубахи расшиты узорами, обуты в крепкие сапоги. Он словно погрузился в незримое облако из шума, голосов, задорных криков, когда зовут друг друга с противоположного конца улицы или столь же громко посылают к Ящеру.
Мимо пронёсся всадник, едва не стоптав Таргитая. Тут же навстречу – ещё один. Невр поспешно отступил в сторону.
Держась края улицы, дударь направился дальше, где толпа потеснее. Люд идёт, оставляя середину свободной.
