Автор
В тишине. Таргитай одним рывком бросил Меч в перевязь. Промет медленно приподнялся на локтях, лицо бледное и напряженно изогнуто от боли. Он шепотом благодарит за спасение, но Род несправедлив – подчеркивает дудошник. Вздохи печали весят легендарного воина, как тяжесть сгинувших дней и мечей....
Проходя мимо стоящих группами у стен пышно одетых девушек и женщин, Таргитай ловит улыбки, заинтересованные и восхищённые взгляды. И если от улыбок первых на душе теплее и радостнее, то от томных и голодных взглядов, которыми награждают дамы не первой молодости, сердце певца сжимается, а по спине пробегают ледяные ящерицы размером с мышь.
Невр шёл, попирая белоснежные мраморные полы и расстеленные ковры грязными с дороги сапогами. Плечи раздвинул, спину старается держать прямо – так всегда ходит могучий и свирепый Мрак.
Вскоре впереди показалась отделанная золотом дверь. Там подпирают стенку два рослых стража в блестящих доспехах. Завидев варвара, поспешно вытянулись у дверей, загородили проход. Кулаки стиснули древка копий, а враждебные взгляды упёрлись в Таргитая и рукоять огромного Меча.
– Пропустить! – рявкнул Медгарв. – Его царское величество ждать изволит.
Всё ещё глядя на невра с неприязнью, стражи нехотя расступились.
Воевода медленно вошёл и тут же пропал за блистающими золотом створками.
Таргитай успел соскучиться и несколько раз широко зевнуть, пока разглядывал стражей с копьями. Смотрел на плотно подогнанные друг к другу блестящие металлические пластины поверх кольчуг, торчащие за поясами из искусно выделанных ножен рукояти мечей.
Из окон падает яркий утренний свет, играет на доспехах и стенах солнечными зайчиками.
Наконец, из дверей высунулась седая голова воеводы.
Затем глянул на Таргитая.
– Входи, – молвил он нехотя, – но помни – одно неверное движение! Один подозрительный жест! И – всё! – бросил он с грозной улыбкой, проводя кончиком большого пальца по горлу.
Невр, превозмогая дрожь в руках, двинулся в просторный, слепящий роскошью зал.
Здесь тебе и резные колонны из мрамора, что удерживают потолок, и статуи обнажённых дев у стен. Таргитай заметил также изваяния юношей в одних лишь набедренных повязках с венками на головах.
Стол и кресла в палате отделаны золотом и самоцветами, всё так и дышит чрезмерной роскошью. В распахнутые настежь окна врывается ветерок.
Сопровождающие Тарха воины разошлись в стороны, встали у стен, поближе к статуям обнажённых дев. Медгарв остался рядом, легонько ткнул зазевавшегося дударя в бок.
