Автор
В тишине. Таргитай одним рывком бросил Меч в перевязь. Промет медленно приподнялся на локтях, лицо бледное и напряженно изогнуто от боли. Он шепотом благодарит за спасение, но Род несправедлив – подчеркивает дудошник. Вздохи печали весят легендарного воина, как тяжесть сгинувших дней и мечей....
– Прости, госпожа, я его не видел. Насколько помню, он ушёл куда-то в сторону кухни, а потом я его ну совсем не видал! Наверное, пошёл жрякать наши запасы да мять девок на сеновале. Заезжие богатыри, они такие, ты же знаешь.
Ладомира вскинула брови, но затем покачала головой.
– Таргитай не такой, Кодлан. Он доблестен и отважен! Он станет мне верным супругом!
– Прошу прощения, госпожа, но как же Альгарон? – опасливо спросил воевода. – Его боятся даже сами артанцы! За ним вы и наше княжество как за каменной стеной!
– Как за каменной стеной склепа, – поморщилась девушка.
Стену конюшни сотряс удар. С крыши посыпались стебельки соломы. Княжна посмотрела в ту сторону, но затем, решив, что почудилось, вновь повернулась к Кодлану, рот приоткрылся, чтобы задать вопрос.
Конюшню тряхнуло сильнее. Из ворот донеслось испуганное конское ржание.
– Что там происходит? – вопросила Ладомира, повернувшись.
Кодлан, как бы извиняясь, развёл руками.
– Госпожа, это… э-э-э …кони!
Ладомира удивлённо приподняла тонкую, как чёрточка, бровь.
– В каком смысле – кони?
Мимо двое дюжих мужиков пронесли тушу забитого быка, направились к детинцу, что высится посреди двора.
Вновь испуганно заржал конь. Изнутри конюшни донёсся треск ломаемого дерева, ближайшая к Ладомире стена снова дрогнула.
– Князь Горилка прислал твоему батюшке в подарок дивного коня! – нашёлся Кодлан. – Племенной, от него пойдут крепкие, выносливые жеребята.
Внутри конюшни загремело, словно кто-то головой налетел на полки с железной посудой. Грохот эхом прокатился по двору. Вновь донеслось испуганное ржание. Кто-то из челяди останавливался, удивлённо смотрел, но затем спешил дальше.
Ладомира стояла к раскрытым воротам конюшни спиной и не видела, как на краткий миг там мелькнула широкоплечая фигура с золотыми волосами. Прямо в проёме ворот, как небрежно брошенный куль с углём, пролетел артанец с болтающимся во все стороны чубом на голове.
Вновь прогрохотало, будто лбами столкнулись два огромных быка.
Княжна обернулась, взгляд впился в раскрытые ворота конюшни. Там клубится пыль, как будто проскакало стадо диких коней.
– Пойдём посмотрим, – сказала она, – как-то уж чересчур усердно конь охаживает наших кобылок.
– Не стоит, моя госпожа, – торопливо проговорил воевода, забегая перед ней и становясь на дороге. – Мы можем всё испортить.
