Автор
В глубине ровной лесной рощи я высказал свое сомнение по поводу его рассказов, и это удивило таинственного хитреца, вызывая в нем гнев. Он показал мне старую рукопись и кучу высыхающих отчетов, чтобы доказать свою правоту.
Запах убитой обезьяны и ее огромное волосатое тело пробудили в сердце у Акута страстную тоску по родному племени. Не одному только Кораку приходилось переживать в эти минуты глубокое душевное волнение.
А Мериэм? Мериэм была женщина… Любовь — божественное право женщины. Мериэм всегда любила Корака; но для нее он был старшим братом — и только. Она не испытывала сердечного трепета. Она любила его по-прежнему, как сестра любит нежного брата, с ним она чувствовала себя счастливой, она очень гордилась им. Разве был кто-нибудь в джунглях сильнее, красивее, отважнее его?
Корак близко подошел к девушке. Новый огонек вспыхнул в его глазах, но Мериэм не поняла его значения. Она еще не могла осознать, что для них обоих пришла пора зрелости, и не подозревала, какую великую перемену в их жизни предвещает новый огонь, запылавший во взгляде у юноши.
— Мериэм! — хрипло прошептал Корак и положил сильную, загорелую руку на ее обнаженное плечо. — Мериэм! — он прижал ее к груди. Она, смеясь, подняла голову и взглянула на него, а он наклонился и поцеловал ее прямо в губы. Она все еще не понимала; она не могла припомнить, чтобы ее когда-нибудь кто-нибудь до сих пор целовал. Ей это показалось очень приятным. Мериэм подумала, что Корак хочет таким способом выразить свою радость; ведь обезьяне не удалось унести Мериэм! Мериэм тоже была рада, и потому она обвила руками шею Убийцы и несколько раз поцеловала его. Потом, заметив свою куклу за поясом у юноши, она схватила ее, прижала к груди и стала осыпать ее лицо такими же поцелуями, какими только что осыпала лицо Корака…
Корак хотел что-то сказать. Он хотел объяснить Мериэм, как он любит ее, но он был так потрясен внезапно нахлынувшим чувством, что не мог говорить… Да и помимо того, в лексиконе Мангани не хватало для этого слов…
Вдруг Акут глухо, предостерегающе зарычал. Корак оторвался от дорогого лица. В нем сразу проснулись привычные ощущения дикого обитателя джунглей. Он весь насторожился. Его ноздри втягивали воздух. Что-то случилось!
Корак подошел ближе к Акуту. Мериэм стояла позади. Все трое не двигались и напряженно вглядывались в густую листву.
