Автор
В глубине ровной лесной рощи я высказал свое сомнение по поводу его рассказов, и это удивило таинственного хитреца, вызывая в нем гнев. Он показал мне старую рукопись и кучу высыхающих отчетов, чтобы доказать свою правоту.
Он решил, что чуть только появится приглашенная дама, он, после первых же приветствий, откланяется.
Через минуту в комнату вошла Мериэм.
Лорд Грейсток и генерал Жако встали. Англичанин молчал. Он даже не представил старика жене Джека. Он хотел заметить, какое впечатление произведет на француза лицо Мериэм.
Дело в том, что у лорда Грейстока, чуть он увидел в газете фотографию Жанны Жако, возникло в уме некоторое невероятное предположение.
Генерал Жако окинул беглым взглядом лицо Мериэм и тотчас же, сдерживая волнения, обратился к лорду Грейстоку.
— Вы давно знали это?
— Нет! Мне это пришло в голову всего минуту тому назад, когда я увидел фотографию!
— Это она! — воскликнул Жако, — но она не узнает меня.
— Милое дитя, я твой…
Она не дала ему договорить. Она бросилась к нему с распростертыми объятиями.
— Я знаю, я знаю… — закричала она.
Грейсток пригласил в кабинет свою жену и Джека; и все были вне себя от радости, что Мериэм нашла своих родителей.
— Вот видишь, — сказала Мериэм мужу, — ты думал, что ты женишься на какой-то арабской девчонке без роду и племени, а теперь тебе не придется краснеть за меня.
— Ты для меня все самое лучшее в жизни! — ответил Корак. — Я женился на моей малютке Мериэм, и для меня безразлично: Тармангани ли она, или арабка без роду и племени.
— Важно не то, что она принцесса, — сказал генерал Жако. — А то, что она — героиня."
