Автор
В глубине ровной лесной рощи я высказал свое сомнение по поводу его рассказов, и это удивило таинственного хитреца, вызывая в нем гнев. Он показал мне старую рукопись и кучу высыхающих отчетов, чтобы доказать свою правоту.
Гансон оставил слугу на лужайке, а сам подъехал к опушке леса, ведя на поводу коня слуги. Там он остановился и стал ждать. В десятом часу вечера он увидел одинокую фигуру, скачущую к нему верхом от дома Бваны. Это была Мериэм.
Мериэм была сильно взволнована. Щеки у нее пылали. Когда она увидела, что сидящий на коне не Морисон, она отпрянула назад в изумлении.
Гансон поторопился объяснить ей, в чем дело:
— Мистеру Бэйнсу лошадь отдавила ногу. Поэтому он сам не мог приехать и поручил мне встретить вас и проводить в лагерь.
Девушка не могла заметить в ночной темноте, что на лице у говорящего играла злая улыбка.
— Не будем медлить, — продолжал Гансон, — надо торопиться, если мы не хотим быть настигнутыми."
"— А он сильно повредил себе ногу? — тревожно спросила девушка.
— Нет, пустяки, небольшое растяжение связок. Боль в ноге не помешала бы ему держаться на лошади, но мы оба решили, что будет лучше, если он в эту ночь отдохнет и полежит спокойно. Ведь предстоит неблизкий путь.
— Это правда! — согласилась девушка.
Гансон повернул обратно в джунгли. Девушка следовала за ним. Они проехали на север не больше мили, а потом Гансон круто переменил направление и поехал на запад. Мериэм не обратила внимания на эту перемену маршрута. Она не знала в точности, где находится лагерь Гансона. Ей и в голову не могло прийти, что Гансон везет ее совсем в другое место.
Всю ночь они пробирались на запад. Когда рассвело, Гансон остановился, чтобы сделать краткий привал для завтрака.
— Здесь мы немного поспим, а наши кони пусть попасутся! — сказал он.
— Я не думала, что ваша стоянка находится так далеко, — заметила девушка.
— Я приказал своим людям, чтобы они отправились в дорогу на рассвете! — объяснил ей Гансон.
Но они скакали добрую половину ночи и весь следующий день, а никаких сафари не видали. Мериэм, с детства изучившая джунгли, знала наверное, что по тем тропинкам, по которым они пробирались теперь, уже давно никто не проходил. И, в конце концов, в ее душу начало закрадываться подозрение.
