Тихая улица молчала, пока я поворачивал голову. Тут же собрались люди, все удивлённо оглядывались на кого-то за моей спиной. Обнаружилось нечто невероятное: тучный мясник с ненавистным взглядом в сторону натурального пижона, который выглядел как из фэнтезийного мира.
— Опасность, — продолжая сохранять самообладание начал Киллиам, при этом буравя меня полыхающим взглядом, — которую ты помогла предотвратить, оценивается в табун таких лошадей. — После чего вынув из кармана камзола какую-то бумагу, оборотень протянул её мне, с усмешкой сказав: — Вот запрос на твоё вознаграждение. Одобренный. Захватил его с собой, догадываясь, как ты отреагируешь.
В лицо хлынул жар, потому что он просто так взял и озвучил мои недавние мысли, больше походившие на опасения.
— Не надо делать вид, будто ты знаешь меня как свои пять пальцев.
— К сожалению, — снова возвращаясь к слишком интимному тону и пряча не заинтересовавшую меня бумагу, произнёс Киллиам, — я тебя совершенно не знаю, но стараюсь это исправить. Всеми силами.
В этот раз шаг оборотня был шире предыдущих, отчего мы бы оказались нос к носу, если бы я резко не отпрянула. Спина тут же во что-то врезалась и я поняла, что подобно охотнику Киллиам приближался ко мне под таким углом, чтобы мой путь отступления преградил столб вывески.
Лопатки заныли от удара, но меня сейчас это мало волновало, потому что на моём затылке пылала чужая ладонь. Ровно за миг до моего столкновения с препятствием оборотень протянул руку, и накрыл ею голову, защищая мой затылок от возможного удара. Стоило это понять, как колени подозрительно ослабли. А ещё перед мысленным взором нарисовался купидон, который подмигнул мне и, достав из-за спины свой проклятый лук со стрелами, безмолвно спросил: «Звала? Тут я!»
Мне всегда казалось бредом, когда люди утверждали, что мир вокруг может замереть.
Все звуки просто исчезли, оставляя после себя лишь шум моего быстро бьющегося сердца, а также учащённого дыхания. Похоже на то, когда ты ныряешь с головой в толщу воды. Но всё же не до конца. Солнечный день вокруг растворился, сужая поле моего зрения только до высокой фигуры рядом, от присутствия которой меня бросало в жар, но при этом по телу то и дело пробегала дрожь.
Такое больше походило на симптомы не самой простой болезни. Возможно даже смертельной. Вот только если это так, то почему мне сейчас настолько легко, настолько приятно всё это ощущать? И тем более краем сознания отмечать ещё больше “симптомов” у мужчины напротив.
