Тихая улица молчала, пока я поворачивал голову. Тут же собрались люди, все удивлённо оглядывались на кого-то за моей спиной. Обнаружилось нечто невероятное: тучный мясник с ненавистным взглядом в сторону натурального пижона, который выглядел как из фэнтезийного мира.
— Верити, — устало протянул Киллиам, а затем спросил: — До этого момента разве я сделал хоть что-то, что как-то могло тебе навредить?
— Ты меня покусал, потом угрожал, а ещё эти неразумно дорогие покупки…, — вяло напомнила, на что последовал закономерный вопрос:
— Самой не смешно? Я не раз помогал тебе, решил открыто не вмешиваться в твои дела, хоть ты то и дело возникала на моём пути, а меня за это ещё и оскорбили, — наигранно пожаловался оборотень, пока в его глазах плясали искры смеха.
Но моим вниманием завладела одна конкретная часть его слов:
— Подожди, о чём ты? Мы с тобой от силы раза три виделись.
Полюбовавшись моим вытянутым лицом, Киллиам усмехнулся:
— Знаешь, у тебя с тем рыжим бедствием есть кое-что общее. Вы оба умудряетесь появляться там, где не надо. При том с регулярной частотой. Правда парнишка делает это осознанно, а ты, судя по всему, нет.
— Не понимаю, — покачав головой, я стала рыться в памяти, но так и не нашла ничего, что оправдало бы слова оборотня. Так что он сам решил этим заняться:
— И не нужно понимать.
Тут что-то щёлкнуло, и память подбросила нужный фрагмент.
— Я пыталась устроиться горничной в дом Гроутс…, — проговорила вслух события, что случились примерно через неделю, как я осознала себя Земной Верой.
В тот раз я плюнула и решила податься в центральный район, потому что, какая разница, где сажу из камина выгребать, да простыни стирать. Но в богатой усадьбе меня ждал такой же отказ, как и во всех срединных домах. И именно там мне заявили, чтоб я не тратила времени на поиски работы. Всё равно никто меня не возьмёт.
— Представь моё удивление, — произнёс Киллиам, — когда я увидел тебя и там. Я не верю в совпадения, и потому решил присмотреться, чтобы узнать, как ты связана с ними.
В повисшей паузе так и читалось «Связным платят достаточно, чтобы питаться отборным мясом». Пусть мне не было стыдно, ведь я понимала ценность моркови, но здесь, перед этим мужчиной, мне стало… неловко.
