Автор
Первый реалистический роман Глуховского — история столкновения поколений в современной Москве. Триллер о невозможной любви, мести и конфликте между прошлым и настоящим, где мобильный телефон становится центром трагических событий, переплетающих судьбы героев в смертельный узел.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Текст» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Первый реалистический роман Глуховского — история столкновения поколений в современной Москве. Триллер о невозможной любви, мести и конфликте между прошлым и настоящим, где мобильный телефон становится центром трагических событий, переплетающих судьбы героев в смертельный узел.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Глуховский Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Первый реалистический роман Глуховского — история столкновения поколений в современной Москве. Триллер о невозможной любви, мести и конфликте между прошлым и настоящим, где мобильный телефон становится центром трагических событий, переплетающих судьбы героев в смертельный узел.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А я тебе родная?
– Нин! Ты как мать уже! Родная, блин!
До конца лета Петя все пропадал, а Нина все ждала. Скаталась к родителям в Минск, оттуда строчила дачные отчеты, ворожила полунагими фото. Вернулась в Москву – а там время и не шло. Скучал ли Петя, нет ли – неизвестно.
– У меня дефицит витамина П. Я хирею, дорогая редакция. И лето кончилось.
– Нин… Я правда клянусь. Это последнее в этом году. От меня не зависит, ты же знаешь! Это ж служба! Что я могу-то?
– Ты ничего не можешь, я ничего не могу. Нам никто не поможет.
– Слушай, я обещаю взять отпуск. В Анталию полетим? Или в Кемер. Вдвоем. Ты и я. А? Олл инклюзив. Как белые люди.
– А вернемся как синие.
– Вот прямо сейчас начинаю искать тур. Честное слово.
– Честное слово съела корова.
– Вот, смотри. С 5 по 18 октября. Белек. Белек лучше, чем Кемер!
– Белек лучше, чем Ховрино, это точно. Все, побежала краситься!
– Ну я правду тебе говорю!
Но все-таки исполнил; десятого октября они уже были на море. Илья оторвался от чтения чужих писем, заглянул в чужую хронику: вот тогда и были сняты те видео на пляже и в гостиничном номере.
– Малыш, я уже поплавал и на завтраке. Тебе что-нибудь принести?
– Неси себя! Только осторожно, не расплещи ничего! И круассан на закуску."
"– Все взял. Тут экскурсия какая-то офигенная, в Каппадокию. На воздушных шарах летать. Двое суток. Поедем? На завтра места освободились.
– Ты же знаешь про мою страсть к воздухоплаванию!
– Но шесть часов ехать. В одну сторону.
– Будем целоваться, будет нескучно.
Две недели только о том говорили, как друг друга развлечь. В раю безделье гнетет. Ну а что, тоже мука.
За окном у Ильи ветер стал закруживать разваливающийся мокрый снег. Депо утонуло в серости. Он подождал-подождал и зашел в альбомы. Забрался по датам в прошлогодний Петин октябрь.
И вот они были: воздушные шары. Десятки или даже сотни разноцветных огромных шаров, одновременно поднявшихся в оранжево-прозрачный воздух. Восходящее солнце – красное, облака – легкой кистью, внизу горы слоеные, старое городище, выгрызенное в скалах, земля бугристая до невообразимо далекого горизонта, расчерчена нитками-дорогами, и шары, шары – половина неба в ярких шарах с корзинами. От такого сбилось дыхание. Ничего подобного Илья в своей жизни не видел, нельзя было и представить себе, что в мире, где находится Соликамск, возможно и это вот; а Петя туда просто от праздной скуки заскочил.
Нина восторженно вопила, махала рукой поднимающемуся солнцу, говорила, что это лучший день в ее жизни. Илья посмотрел: двенадцатое октября две тысячи пятнадцатого года. Потом они вместе с Петей фотографировались: сзади шары мыльными пузырями счастья на бескрайней вообще Земле. Илья заглянул Пете в глаза, потрогал его лицо, растянул пальцами: приблизил.
