Величественный дворец на пятых яруса покоряет взгляд, окруженный десятисотметровыми башнями и рядами аккуратных черепичных крыш. Ваш герой покинул лошадь и уверенно вышел вперёд, ощущая завораживающую атмосферу. Каждый камень под ногами кажется символом могущества и древности, заставляя ценить каждую мгновение этого необычайного места....
Подставив палец под настоящий свиток, нагрела этот самый оттиск и аккуратно канцелярским ножом сняла его. А затем переместила на подделку и разместила куда надо. Воск быстро схватился остывая.
— Замечательно, — похвалила сама себя.
Взяв императорские указы, подошла к окну. Зажала их в ладони и призвала пламя. Свитки ярко пылали, не обжигая мою кожу. Оборачивались в пепел и разлетались по ветру. Дарили такое умиротворение. Хоть раз я позволила себе выразить неповиновение.
Я не товар! И я не продаюсь!
Глава 8
Всю ночь я сражалась с собственными эмоциями, которые все никак не отпускали.
Как уснула — не помню.
Но снилось нечто пугающее: каменные стены, решетки… И храп… Я закрывала уши, а кто-то смеялся рядом и говорил, что это мое наказание — вечно слушать этот сводящий с ума звук.
Открыв глаза, я с облегчением выдохнула.
Сердце в груди билось как сумасшедшее. Приснится же такой ужас. Поднявшись, я одернула смявшийся подол ночной рубашки и тут же услышала странный шум в коридоре.
Выглянув, заметила, как молоденькая служанка ползает на четвереньках, собирая раскатившиеся по разным углам яблоки, а над ней, похабно ухмыляясь, возвышается братец.
— Греноа, — рявкнула я на него, — сотри это выражение со своего лица.
Он поднял на меня взгляд. Дерзкий и гадкий.
— Вспомни о воспитании, — мой голос обратился в шипение. — Женщин нужно уважать.
Ответом мне была мерзкая улыбка.
«Весь в отца» — мысленно выругалась.
Присев, помогла скидать красные фрукты в деревянную миску и поднялась. Брат показушно зевнул и скрылся в своей комнате. Столько высокомерия, самомнения… Отец постарался забить ему голову разговорами о мнимом величии.
Отправив служанку вниз, вернулась к себе. В умывальне уже стоял таз с теплой водой. Приведя себя в порядок, спустилась в холл. Тревога не покидала, напротив, только усиливалась. Сон все никак не шел из головы.
""Да за что меня в темницу-то?"" - Уже не выдержала и попыталась успокоить свои расшалившиеся нервы.
""Разве что за подделку императорского указа"" — шепнул внутренний голосок.
Эта мысль обожгла. Я вдруг представила, что будет, когда все выяснится. Начнутся допросы: сначала выведают все у гонца, затем у Сабрины, потом у отца. Но любой дознаватель, используя ментальную магию, сразу поймет, что он не в курсе, что произошла подмена. А вот после возьмутся за меня.
В душе похолодело.
Нет, не казнят.
