Новый «Мерседес» остановился возле ОМВД, замысловато прищелкнув жесткими шинами. Симона презрительно бросила взгляд на водителя — тот выглядел явно недоволен. "Так дальше пешком?" — резко спросил он, вновь подчеркивая его неприятие. "Не будем играть с играми, если не хотите идти мимо." Симона вздохнула, раздражение скребло по ее груди. Она была готова уйти пешком, но настроена осторожно....
Ветер пробирал до костей, а голова предательски закружилась. Она всеми силами старалась сохранять равновесие, но липкие щупальца страха неизменно тянули вниз. В какой-то момент Симона покачнулась, но Илья вовремя оказался рядом и удержал ее на месте.
— Стоять, — рявкнул он, возвращая ее в реальность.
— Стою. — Она шумно выдохнула, ощутив его поддержку.
Илья бесстрашно спрыгнул вниз и расставил руки в стороны, чтобы поймать ее или хотя бы смягчить приземление.
— Прыгай.
— Нет, я не могу. — Симона в ужасе покачала головой и едва не сделала роковой шаг назад, но вовремя опомнилась и остановилась.
— Снежка, давай, — крикнул Илья, чтобы привести ее в чувство.
Неприятные мурашки забегали по его коже, извещая о неминуемой трагедии, если Симона не прыгнет. Там, на территории, он не вывезет ситуацию в одиночку. Всего один ее шаг отделял их от свободы, и Илья не намерен был упускать такой шанс.
— Вон они! Стоять! — Громкий выстрел раздался совсем близко. Симона вздрогнула и обернулась, в ужасе наблюдая за приближавшимся к ней людям.
Медлить больше было нельзя, Илья рванул вперед, чтобы за шкирку стащить ее оттуда, но в этот момент она закрыла глаза и сиганула вниз прямиком в его объятия.
— Молодец. — Он облегченно выдохнул и, невесомо коснувшись губами щеки, поставил ее на ноги. — А теперь бежим.
— Куда?
— Здесь недалеко мой мотоцикл…
Илья все дальше уводил ее в лес, стараясь петлять, чтобы запутать следы. Издалека слышались крики, их явно искали, и в том, что обязательно найдут, он не сомневался. Если бы сам руководил операцией, взял бы беглецов в широкое кольцо, постепенно сужая, пока у них не осталось бы шансов.
— Я больше не могу, — простонала Симона, привлекая к себе внимание. Мышцы с непривычки ныли, а царапины неприятно саднило.
— Потерпи.
