Они же сказали, что я… что я… Неужели подумали, что декан или… — о ректоре я не смогла сказать, горло сдавило спазмом.
— Просто не так поняли, — успокоил меня целитель, и из следующей его фразы я поняла, что подумал о том же: — Они же не знают, что это мы с Лаурной за ректором побежали вчера. А так со стороны, конечно, странно выглядело, что он вмешался.
О, Тараш, если даже Вейн говорит, что это выглядело странно, то что тогда об остальных говорить?! Не скажу, что мне неприятна мысль о том, что они так думают, но ведь на самомто деле ничего нет. И оттого в душе поднималась горечь. Ладно, уверена, что со временем злые языки заткнутся, когда их подозрения не подтвердятся. Так, ну а что мне пока с письмами делать-то? Этот вопрос я озвучила Вейну, растерянно глядя на неприкаянные послания.
— Дык в приемную отнеси. Конечно, уже поздно, секретарь наверняка ушла. Но можешь оставить на столе, если дверь еще не заперли. Или завтра отдашь.
— Спасибо, — поблагодарила я за совет и, распрощавшись с Вейном, понеслась к учебному зданию. Надеялась все же застать секретаря на рабочем месте.
В приемную вбежала, запыхавшись, и с разочарованием посмотрела на пустой письменный стол, за которым в прошлый раз сидела Ферна. Но магические кристаллы горели, да и здесь было не заперто, из чего я сделала вывод, что ректор все еще у себя. Эта мысль заставила сердце пропустить удар. Даже не знаю, хотела ли я, чтобы Ирмерий вышел из кабинета и увидел меня. С одной стороны — безумно хотела, с другой — боялась, как он может трактовать мой приход. Вдруг подумает, что я его преследую. Конечно, можно сказать правду — что я здесь из-за писем, но что если воспримет это, как предлог?
Я чуть ли не крадучись подошла к столу секретаря и положила на него стопку писем. Как назло, руки так затряслись от волнения, что я сдвинула принадлежности для письма. Они с гулким стуком свалились на пол. Замерла, прислушиваясь к тому, что происходило за дверью кабинета ректора. Услышал или нет? Ничего не уловив, поспешно кинулась собирать с пола рассыпавшиеся предметы.
— Адептка Тиррен? — послышался за спиной напряженный голос.
Проклятье! И как он сумел подобраться так незаметно?! Я медленно разогнулась, положила на стол то, что успела поднять, и повернулась к ректору. Его глаза сверкали так ярко, что я не могла отвести от них взгляда.
— Что вы здесь делаете? — спросил он. — Вам снова нужна моя помощь? — показалось, или в голосе прозвучали нотки надежды? Нет, бред, мне показалось!
— Письма, — прохрипела я и поспешила откашляться.
— Какие письма? — он продолжал смотреть, не отрываясь, я же все глубже тонула в дивных сине-зеленых омутах.
— Я работаю на почте.