— Пойдешь со мной сегодня к Ферне? — спросила Шейрис из соседней душевой кабинки.
— Это еще зачем? — стараясь скрыть возникшую дрожь в голосе, спросила я. Сама мысль о том, что придется снова пойти в приемную ректора, выбивала из колеи. Но мне придется, и не раз. Мои обязанности почтальона никто не отменял. Но до вечера я, по крайней мере, смогу себя морально настроить на это. Сейчас же даже думать не хотелось о том, чтобы пойти туда, где могу столкнуться с ректором.
— Лин и Дора сказали, что у нее есть каталоги, по которым можно бальные платья заказать. И все аксессуары для них. Доставка в течение четырех дней. Как раз за два дня до бала платья придут. Ну давай! Не хочу быть хуже всех в день посещений. И тебе можно заказать платье.
— Представляю, какие там цены, — нехотя откликнулась я. — Лучше надену то платье, какое ты мне в Сайдере купила.
— Надеюсь, ты шутишь?! — из-за перегородки показалось возмущенное лицо подруги. — Ты в нем серой мышкой будешь! Нет, для служанки, конечно, самое то. Но ты не служанка, Летти! Не позорься, в общем.
— Хочешь, чтобы я все свои сбережения потратила на бальное платье? — возмутилась я.
— Заработаешь еще, — беспечно отмахнулась Шейрис, для которой денежный вопрос никогда не был проблемой.
— Посмотрим, — не стала я ничего обещать.
— Значит, решено, после обеда пойдем в приемную! — подытожила подруга и снова нырнула в свою кабинку.
Я обреченно вздохнула. Если и дальше буду упрямиться, придется выслушивать ее уговоры весь день.
То, насколько невыносимой теперь станет моя жизнь в Академии, я еще отчетливей осознала за завтраком в столовой. Старалась не смотреть на Ирмерия Старленда, но взгляд сам то и дело скользил к нему. Ректор сидел совершенно один, как всегда безукоризненно одетый и невозмутимый. Но я улавливала смутную перемену в нем. К привычной холодности, какую он всегда напускал на себя, прибавилась неуловимая жесткость. На меня он не посмотрел ни разу, впрочем, как и на остальных. Устремив взгляд строго в свою тарелку, был, казалось, полностью сосредоточен на поглощении пищи. Ничто в нем не выдавало то, что несколько часов назад пришлось схлестнуться в поединке со злейшим врагом. При этом едва не погибнуть и не убить противника.
Мне больно было думать о том, что сейчас происходит в душе Ирмерия. Он считает меня предательницей и если хотя бы вполовину его чувства ко мне так же сильны, как мои, я нанесла ему чудовищную рану. Меня хотя бы поддерживает мысль о том, что я все это сделала ради него. А что творится в душе Ирмерия?! Как же хотелось все ему объяснить, как-то оправдаться! Но я понимала, что тогда он никогда не получит того, чего заслуживает по праву.
И все же сердце пропустило удар, когда со своего места поднялась принцесса Лаурна.