Шейрис тут же взвизгнула, схватила мантию и быстро накинула на себя.
— Кто там? — недовольно спросила она.
— Доставили посылку для Летти, — донесся скучающий голос Лорана. — Давай уже переодевайся в обычные шмотки! Надоело торчать здесь.
— Посылку? — в недоумении спросила я. — А почему Дейн мне ничего не сказал?
— Курьером доставили, — отозвался дроу. — Если немедленно не откроете, мы ее сами вскроем. Интересно же.
— Только попробуй! — возмутилась я и побежала к двери.
Не успели парни обрадоваться, что временное выдворение закончилось, как я выхватила у Лорана сверток, завернутый в бумагу, и снова скрылась за дверью. Задвинула щеколду и мстительно улыбнулась. Пусть еще немного помучается — ему полезно. Шейрис одобрительно подняла вверх большой палец.
Я с любопытством уставилась на посылку, гадая, кто мог доставить мне ее. Адрес отправителя не значился. Даже никакого штемпеля не было. Только мое собственное имя «Летти Тиррен. Темная Академия второго темного мира». Может, объяснение окажется внутри? Я на всякий случай потрясла сверток, чтобы убедиться, что ничего бьющегося или опасного внутри нет. А то мало ли! Вдруг Кайла Даминар гостинец прислала? Или Шейн озаботился. Наверняка они оба до сих пор меня ненавидят. Хотя, слышала, Кайла Даминар вполне даже неплохо себя чувствует в первом демонском мире. Говорят, в Академию тайных знаний так и не поступила, но зато при дворе самому Зепару глазки строит. По-видимому, от безответной любви утешилась быстро.
На предмет каких-нибудь магических ловушек посылку должны были сканировать еще у входа в Академию. И все же я не решалась открыть, сама не знаю почему. Посылка казалась затаившейся змеей. Казалось, стоит распечатать сверток, и в руку тут же вопьются ядовитые зубы.
— Давай я! — видя мою неуверенность, Шейрис выхватила посылку и стала быстро развязывать бечевки. — А то ты до утра открывать будешь!
Я в каком-то оцепенении смотрела, как она разрывает бумагу и застывает при виде чего-то бирюзового, нежного, переливающегося различными оттенками голубого.
— Это что? — непонимающе спросила я, склоняясь над свертком.
Шейрис с каким-то благоговением извлекла из лежащего внутри пакета платье. И у меня перехватило дыхание. Явно сшитое на заказ, по последней моде, оно казалось чем-то нереально прекрасным. Нежное, воздушное, в какой-то степени даже откровенное, но не вызывающее. Вслед за платьем из пакета выпала записка, и я поспешно схватила ее. На ней затейливым типографским шрифтом было выведено: «Я думаю о тебе…» И вот что это должно означать?! Я несколько раз со всех сторон оглядела записку, но даже намека на объяснение не увидела.