В хрустальных вазах праздника тонкий супруг видит будущее, когда его свекровь начнет собирать чемоданы. Такие же кошмары привидятся секретарше унывному шефу, когда он предложит подписать авансовый договор на дружбу. Волшебные слова здесь не просто слова любви или работы - они могут стать призывом к личной ответственности в самых невероятных ситуациях....
Бок капитана упирался в мои пятки, Сергей Андреевич подкатил кресло ближе к дивану и тихо, глядя мне в очи, произнес:
— Сосредоточьтесь, пожалуйста, Софья, и очень, очень старательно вспомните — не менялось ли что-либо в настрое похитителей в течение вашего заточения? Вот вспомните — вас развязали. Дали попить. Потом снова связали. Так? — я кивнула. — Дальше, когда мужчины заходили к вам повторно, в голосе, интонациях, в вопросах, не проскальзывало чего-то нового? Удивления или злости, например, разочарования? Вспомните.
— Нет. Все было ровно, — удивленно ответила я. — Злости не было, это точно.
— Каких-нибудь наводящих вопросов не задавали? Ничего не уточняли?
— Ну нет же, я вам говорю! Со мной разговаривали один раз. Сказали, что я жива до тех пор, пока не вижу их лиц, и предупредили, что ждут выкупа.
— То есть, ни разу, ни в чем поведение похитителей не изменилось…
— Нет.
— Вы абсолютно уверены? — настаивал следователь. — Вспомните, как следует, может быть, сейчас, вы взглянете на какую-то странность иначе.
— Нет, нет, и нет. Не было никаких изменений. Я понимаю, к чему вы клоните, сама об этом думала, но с уверенность могу сказать — до последней минуты, похитители были уверены, что у них находится Рената Кутепова. Ищите людей, не знакомых с детальной обстановкой в доме Кутеповых. Здесь у них сообщников нет.
— Как сказать, Софья, как сказать, — себе под нос, в задумчивости пробурчал следователь.
— А чего тут говорить! — вспыхнула я. — У преступников была мобильная связь…
— Это исключает только Светлану, — перебил оперативник.
— Ничего она не видела, — фыркнула я. — Мы уже у лифта договорились, что Рената будет ждать меня на крыльце.
— Но о том, что хотя бы в гараже она будет не одна, няня знала! — тон спорящего капитана показывал, что эту тему мужики уже прорабатывали.
— Преступники могли на время «Ч» отключить сотовую связь! — горячился следователь. — Потому и были не предупреждены.
— Вряд ли они отключат телефоны, — не согласился опер.
Спорщики заткнулись, и я осторожненько вставила реплику:
— Я могу узнать, от чего весь этот сыр-бор?
Но органы темнили и хранили задумчивое молчание. Я повторила попытку:
— Когда позвонили Кутепову с требованием выкупа? И кстати, сколько затребовали?
— Через час после похищения. Сто тысяч долларов в мелких купюрах, — последовательно ответил капитан.
Я, можно сказать, обиделась. Дешево оценили.
