В хрустальных вазах праздника тонкий супруг видит будущее, когда его свекровь начнет собирать чемоданы. Такие же кошмары привидятся секретарше унывному шефу, когда он предложит подписать авансовый договор на дружбу. Волшебные слова здесь не просто слова любви или работы - они могут стать призывом к личной ответственности в самых невероятных ситуациях....
Нормально похищенных, студням охранять не доверяют. Самое время поплакать вместе с Федей над судьбой пропащей… Даже Ренатка порыдать советовала…
Двери сарая дернулись, раздался звук снимаемого с той стороны навесного замка…
Все же я исключительная бестолочь! Как бы интересно Федя меня отпустил, если нас обоих заперли с той стороны? Размечталась, наивная. Умная, хоть и сумасшедшая, девушка Рената, насчет студней лихо соображала. Подстраховалась на совесть.
Но дай мне время, я бы подкопалась. Лопат полно…
Времени мне не дали, в сарай вернулся Саша.
— Саш, нам надо поговорить, — весомо заявила я. Парень кивнул, но пошел мне за спину, проверить проволоку на запястьях. — Саш, пока не поздно, пока на вас крови нет…
С тем же успехом я могла бы беседовать с пнем. Саша поднялся на второй этаж, вынес прокопченный, когда-то, скорее всего, зеленый чайник и вышел на улицу.
Обернулся быстро и сразу в «кабинет». Минут через пятнадцать из-за двери донесся окрик: «Пей, я тебе сказал!»
Младший брат приводил старшого в чувство посредством крепкого чая, догадалась я.
И сняла с кудрявой головы голубой бантик младшей сестренки. Бабушки с козами здесь, господа, никак не катят.
— Саш! Нам надо поговорить!
Сказала один раз и долго молча ждала реакции.
Минут через пять Шурик вышел на лестницу:
— Чего тебе?
— Закурить дай. Последнее желание.
Федя курил «Приму», младший братишка на «LD» разорялся. Он прикурил для меня сигарету и вставил в губы.
От первой затяжки закружилась голова. Саша повернулся ко мне спиной и направился к лестнице.
— Подожди! — морщась от сигаретного дыма, лезшего в глаза и зацепив сигарету зубами, крикнула я. — Скажи, зачем тебе это нужно? На кой черт? — с младшим братом я избрала тон закадычной подружки.
Вряд ли тон на него действовал, но отчего-то Александр немного затормозил шаг. Соучастий в убийстве трех человек, подготовка четвертого… это вам не фунт изюма, это тяжесть, с которой четыре ступеньки преодолеть тяжело.
"С Хорских и надо было начинать. Упоминание покойных танцоров остановило Александра тут же — он даже ногу на весу задержал.
