А палатку вдруг полностью заволокло чернотой.
Вот только я уже не заметила этого всего. От нахлынувших ощущений передо мной разорвался воздух, в животе резко раскрутилась и лопнула раскаленная спираль, пустив по венам волну ослепляющего огня.
Я громко застонала, а когда открыла глаза, оказалось, что никого вокруг нет. Сквозь черный туман невозможно ничего разглядеть. Лишь лицо графа Шерье, распахнувшего шторки и глядящего на меня чуть прищуренными темными глазами.
— Значит, мне на слово мы не верим, так, Ниара-стесняшка?
Меня бросило в жар едва ли не сильнее, чем пару мгновений назад. И, хотя сейчас моя юбка была поправлена, чувствовала я себя практически голой под напряженным, горящим взглядом.
В эту секунду Кайл щелкнул пальцами, и Тьма, окутывающая все вокруг, начала рассеиваться.
— Так это вы сделали? — поняла вдруг я. — Чтобы никто не…
— Кажется, я задал тебе вопрос, — прервал он, шагнув ближе, заставляя меня бедрами впечататься в стол с бокалами. Хрусталь качнулся и жалобно взвизгнул.
Я резко выдохнула, сердце в груди оглушительно застучало. Уперлась руками в столешницу, слегка отклоняясь назад. Граф сделал то же самое, только нависая надо мной.
Несмотря на страх, что бурлил в моей крови от его угрожающего вида, я вдруг поняла, что… возбуждаюсь снова. Снова чувствуя его дыхание на своей коже, его близость и жар его тела, теперь уже я хотела прикоснуться к нему. Протянуть руку и пальцами дотронуться до распахнутого выреза рубашки, до шеи с напряженными венами, до смуглой кожи, которая казалась такой гладкой, с напряженным рельефом мышц.
— Я хотела узнать, правду ли вы говорите, — ответила невозмутимо. И голос… почти не дрогнул.
— Узнала? — опасно спросил он, приблизившись к моим губам.
Еще пара миллиметров — и поцелуй…
Сердце почти остановилось.
— Узнала, — ответила твердо. — Вам все же нужна моя кровь. Поэтому вы не занялись со мной любовью сейчас?
Кайл глубоко вздохнул и сжал челюсти. Его глаза мрачно сузились, пуская мне под кожу очередную волну искр.
Я думала, что он вот-вот скажет какую-нибудь гадость. Что-то насчет того, что я глупая курица, раз так думаю. Мне этого почти хотелось. Чтобы он переубедил меня, сказал, что ему интересна я сама. Безо всяких ритуалов.
Но Кайл промолчал. Вместо этого он покачал головой, отодвинулся, задумчиво посмотрев куда-то вдаль, а затем вдруг протянул мне руку со словами:
— Хочешь поохотиться? — И на его мягких губах вновь появилась улыбка. — Там наверняка самое веселое началось.
