Не позволив упасть вниз. И оттого, что я так бесстыдно выстанывала имя собственного хозяина, принца крови, мне становилось еще жарче.
Оттого, что он не просто позволял мне это… а ему нравилось.
— Да… — прошептал он в ответ — хрипло, невнятно, исступленно.
В этот момент я почувствовала, как после нескольких коротких движений брюки мужчины вдруг исчезли. И ахнула, когда вместо ладони ко мне прижались мужские бедра и горячая плоть. Твердый член заскользил между моих складочек, вырывая у меня стон за стоном. Он то и дело касался чувствительной вершинки, будто дразня меня еще сильнее.
Кайл отрывисто дышал. Он схватил меня за бедра, с силой вдавив пальцы в кожу, словно был напряжен до предела. Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, ощущала, как вздрагивают его крупные мышцы, и от этого мое безумие только увеличивалось.
Однако мне все еще было страшно. В венах бурлило от бешеного коктейля эмоций. Казалось, стоит перелить мою кровь мертвому, как он встанет.
— Смотри на меня, — тихо прорычал некромант низким, обжигающим голосом, от которого спираль моего желания натянулась еще сильнее, грозя вот-вот лопнуть.
Я взглянула в его глаза, утопая в их ослепительной черноте. А в следующий миг он вошел в меня, и сознание разрезала вспышка боли.
Я вскрикнула, прикусив губу, но Кайл не дал мне сконцентрироваться на этом чувстве.
— Смотри… на меня… — повторил он и, не закрывая глаз, накрыл своими губами мои. Медленно вышел из меня и тут же вновь резко вошел, странным образом надавливая своими толчками на самую чувствительную точку у меня между ног.
Я тихо выдохнула, не сводя с него ошеломленного взгляда широко распахнутых глаз. И он сделал новое движение. Затем еще и еще, пока вместо дыхания я не услышала собственный тихий стон.
Веки сами собой закрылись, пытаясь дать мне возможность сконцентрироваться на чем-то. На том, что было внутри. Обдумать боль, ощутить дискомфорт, сравнить его с собственным желанием.
Но Кайл тут же резко повторил:
— Смотри мне в глаза.
И я подчинилась, мгновенно обжигаясь страстью, плещущейся в его темных, как ночь, радужках. Он будто гипнотизировал меня. И чем дольше я смотрела на него, тем меньше чувствовала боль. Внизу живота снова бешено запульсировал голод. Он уже перекрывал собой все остальное. Все чувства, мысли и переживания. Легкое саднящее ощущение почти совсем пропало. Мне было влажно и горячо, настолько, что я вцепилась в мужские плечи как гарпия, тяжело дыша и уже не видя ничего вокруг.
