В тиши темных московских ночей, где агентам сложно выследить соперника — не говоря уже о том, чтобы его услышать — Курочкин двигался бесшумно, словно на мягких войлочных тапочках. Его крепкое телосложение и вдумчивость делали из него незаметного снаряда, а осторожность помогала ему всегда знать, где находится следующий препятствие....
Курочкин оживился и продолжил повествование:
- Да сплоховал я, дальше товарищи офицеры, мне бы покуда этот жилистый револьверов стену долбил, к выходу ломанулся, да мужиков на помощь крикнуть, а я дурак этакий кинулся его добивать. Ну и нарвался.
- Схлопотал?
- Да, этот гад успел поднять ногу и долбануть меня в живот, тут уже я отлетел в другой угол, а из дырки в стене, в ту же секунду полезли его дружки. Первый постарше с Вальтером, второй по моложе с тонкими усиками - на одном кулаке кассет, а в другом заточка.
Старцев спросил у хозяев разрешения закурить, немного приоткрыл створку окна и подпалил папиросу, однако слушая бывшего сослуживца он быстро позабыла о ней.
Невольно сопереживал сержанту и Васильков.
- Один схватился за грудь скрючился на цементном полу и захрипел, второму жилистому я хорошо врезал пониже скулы, а третий с ножом и пистолетом преградил мне дорогу к двери. Эта картинка у меня до сих пор перед глазами стоит, - сказал Курочкин, когда Валентина покончила с перевязкой.
- Готово, - заявила она и отрезала ножницами лишние концы бинта.
- Понял. Премного благодарен.
- Если к тому времени не доберётесь до Рязани, то приходите ко мне в клинику, либо к нам домой.
- Это мы ещё обсудим, - пообещал жене Александр и задал очередной вопрос сержанту. - Ну а дальше что было? Как же ты выпутался из той передряги?
- Ну дальнейшее тоже помню слабо, как в тумане ей богу, вроде прошмыгнул Влас. Пока они замешкались, там промеж нашей бытовки и забора, по левую руку, заметил Никиту Овсянникова.
- Валя, свет выключи, - вдруг резко проговорил Старцев.
Молодая женщина мигом исполнила команду и потушила настольную лампу под зелёным абажуром. В комнате стало темно и тихо.
- Что там? – Васильков осторожно приблизился к окну.
