В тиши темных московских ночей, где агентам сложно выследить соперника — не говоря уже о том, чтобы его услышать — Курочкин двигался бесшумно, словно на мягких войлочных тапочках. Его крепкое телосложение и вдумчивость делали из него незаметного снаряда, а осторожность помогала ему всегда знать, где находится следующий препятствие....
Они удачно сошлись в одной точке, ближайший бандит тут же схлопотал по темечку рукояткой пистолета, второго милиционеры скрутили и заткнули ему рот. С третьим совладать не вышло, он вырвался, побежал, да ещё и готов был заорать, предупреждая корешей. Выручил Старцев - он выхватил у одного из бандитов нож, размахнулся и метнул вдогонку, бросок удался на славу, нож вошёл под лопатку, аж по самую рукоять.
- Даёшь стране угля, Харитоныч, - уважительно пробасил Егоров.
- Бывает, когда серчаю проворчал тот. - А я сильно злой на этих ублюдков.
- Признал что ли кого?
- Признал, эти скоты старику Волику в автобусе горло перерезали. Быстро грузити их в воронок.
- Живых погрузим, а этого не успеем, - Бойко кивнул на блатаря, дёргавшегося в агонии, в спине которого торчал нож.
- Действуйте и живо на позиции. Они скоро появятся, а этого я пока припрячу в кустах.
Два сыщика и несколько офицеров НКВД увели к автомобилям задержанных преступников. Иван схватил умирающего парня за ноги, оттащу подальше в заросли спрятал тело в полыни и затаился за валежником метрах в восьми или десяти.
- Они или нет? - Старцев до рези в глазах всматривался в их лица.
Да, мужики были похожи на тех, которые торчали под домом Василькова.
- Хирург! - заключил Иван Харитонович и заскрипел зубами. - Настала пора познакомиться поближе, ублюдок. Жаль не успели с засадой.
Бандиты в быстром темпе протополи мимо его позиции, однако далеко они не ушли, остановились там, откуда была видна территория, прилегающая к сущевскому валу.
