В тиши темных московских ночей, где агентам сложно выследить соперника — не говоря уже о том, чтобы его услышать — Курочкин двигался бесшумно, словно на мягких войлочных тапочках. Его крепкое телосложение и вдумчивость делали из него незаметного снаряда, а осторожность помогала ему всегда знать, где находится следующий препятствие....
Думаю, то, к чему она проложена, находится именно там.
Дорога привела разведчиков к неглубокому овражку, на дне которого был разбит лагерь. Десяток армейских палаток различной вместимости, полевая кухня, пара землянок и беспрестанно урчащий дизель-генератор. Грунтовка обрывалась на стоянке, обустроенной перед лагерем. Здесь находились несколько мотоциклов, два легковых автомобиля и грузовичок, видимо, подъехавший сюда совсем недавно. Нижние чины вытаскивали из кузова мешки, коробки, ящики. Возле автомобилей и у двух центральных больших палаток прохаживались часовые.
Овражек настолько зарос высокими деревьями и кустарником, что все это хозяйство, утопающее в густой тени, не заметил бы ни один пилот самолета-разведчика. Да что там пилот! Даже глазастый и умудренный опытом Васильков увидел лагерь, только подобравшись к нему едва ли не вплотную. Для пущей надежности немцы натянули поверх брезентовых жилищ камуфляжные сетки, а к периметру лагеря притащили огромные кусты, срубленные где-то поодаль.
– Серьезно замаскировались, – вполголоса проворчал Курочкин.
Командир молча кивнул.
– Только я, значится, одного не пойму, Александр Иванович, – продолжал сержант. – Чего же патруль-то по лесу не рыщет? Не похоже на осторожную немчуру. Как думаете?
– Зачем им здесь патруль? Они уверены в своей безопасности, – проговорил Васильков.
– А сколько мы отмахали от линии фронта?
– Километров двенадцать.
– Тогда понятно. Некого им тут опасаться.
Несколько часов назад, перед тем как войти в этот лес, разведчики засекли на его южной опушке немецкие танки. После подсчета вылезла круглая циферка – тридцать пять штук. Целый батальон! Вдоль северной опушки разместилась другая техника: грузовики, дивизион легких артиллерийских орудий. Там же маячила и пехота в количестве никак не менее двух батальонов. Скопление войск плюс скрытность, с которой был обустроен штаб, и впрямь придавали немецкому командованию уверенность в абсолютной безопасности.
Основная группа разведчиков расположилась метрах в пятидесяти от оконечности дороги. Васильков с Курочкиным подобрались поближе к противнику, убедились в отсутствии патрулей и наблюдали за всем тем, что происходило в лагере и на стоянке."
"Начальник разведки 60-й армии не ошибся. Палаточный лагерь, разбитый посреди леса, действительно ой как походил на полевой штаб крупного немецкого войскового соединения, корпуса или как минимум дивизии.
