Автор
Темная ткань улицы окутана загадкой: парень в магазине розничной торговли перчатками на первый взгляд выдает шутки. Его юмор вызывает любопытство читателя, готового разобраться в идиотизме объявлений и приукрашенном мире торговой сферы.
Ах, я старая калоша! Но мне придется отправиться в поселок!
– Конечно, – согласилась я.
– Вы останетесь одна.
– Понимаю.
– Пока я до места доеду, Наталью найду, она лестницу отыщет, потом назад… Час как минимум потребуется.
– Хорошо, – не стала спорить я.
– Придется вам здесь потерпеть в одиночестве, – сказал профессор.
– Так альтернативы нет, – вздохнула я.
– Вам не страшно?
– Нет, – соврала я, – думаю, людоеды в здешних местах не водятся.
– Душенька, кабы не мой возраст, сразу предложил бы вам руку и сердце, – прокряхтел профессор, – у вас необыкновенный характер.
– Я не боюсь грызунов, – заверила я, – у нас дома кто только ни жил, даже удав.
– Невероятная Дашенька, – в очередной раз восхитился Аристов, – спешу изо всех сил! Жаль фонаря нет!"
"С этими словами голова ученого исчезла, наступила тишина.
Я постояла некоторое время, потом осторожно села на пол. Да, жаль, что нет фонарика. Погодите! А телефон?
Я засунула руку в задний карман джинсов и нащупала айфон.
– Ура! – завопила я. – Может, и связь есть?
Но зряшная надежда! Подключение к сети отсутствовало.
– Не следует требовать от судьбы слишком много подарков, – пробормотала я, рассматривая помещение, – дали тебе одну конфету, радуйся, не проси целую коробку.
Я огляделась по сторонам. Увидела старую железную кровать с одеялом, подушками и, наверное, ватным матрасом, тумбочку и шкаф. Под землей жили больные? Их держали без света? Или это карцер? Зачем оборудовать в подвале спальные места, если там никто не живет? Держать в таких условиях даже не очень сообразительных людей нельзя. Вероятно, я нахожусь в местной тюрьме, сюда помещали тех, кто нарушал режим.
