Автор
Темная ткань улицы окутана загадкой: парень в магазине розничной торговли перчатками на первый взгляд выдает шутки. Его юмор вызывает любопытство читателя, готового разобраться в идиотизме объявлений и приукрашенном мире торговой сферы.
Она кое-как встала, вышла в соседнюю комнату и увидела Валентину Ивановну.
– Тебе лучше, – обрадовалась та.
– Что со мой случилось? – пробормотала Клава.
– Гипертонический криз, – ответила врач.
– Я целые сутки проспала, – ахнула нянечка.
Валентина смутилась, а Клава увидела на стене календарь, рамочка стояла на цифре пятнадцать.
– Какое сегодня число? – изумилась Панасина. – Он правильно показывает?
Доктор молча кивнула.
– Я пролежала целую неделю? – ужаснулась Клавдия.
– Твое состояние внушало опасения, – объяснила Валентина, – перевозить такую больную крайне опасно, ты могла не выдержать дороги.
– Но сейчас я чувствую себя хорошо, – удивилась Клава.
– Конечно, – согласилась Валентина, – спасибо Наталье Ивановне, которая все организовала, аж из Москвы профессора привезла.
– Господи, что с Галюней? – закричала санитарка.
– Ты ничего не помнишь? – насторожилась собеседница.
– Племянница умерла, – помолчав, объяснила Клавдия.
– Фу, – выдохнула Самойлова, – а то я уж испугалась, что ты память потеряла."
"– Прошло семь дней, – заплакала Клава, – а Галя лежит неупокоенная.
– Что ты, – замахала руками врач, – все организовали, кремировали. Так красиво сделали! Загляденье! Отпели!
Валентина открыла ящик, положила на стол фото.
– Гляди!
Клава начала перебирать глянцевые снимки. Богатая, полированная домовина, сверху на крышке роскошный венок с лентой «От безутешных друзей».
– Видишь, – говорила Валентина Ивановна, – мы достойно все устроили. А вот и снимок покойной.
Клава уставилась на очередное фото. Женщина в кружевном белом платке и незнакомом платье, с полоской бумажной молитвы на лбу, была чужой.
– Это не Галя, – прошептала Клава.
– Смерть меняет, – объяснила врач, – мы одели девушку, как невесту, она же не выходила замуж. Урна хранится в нише на кладбище. Взяли самую красивую, не пластмассовую.
Перед Клавой возник новый снимок.
– Сделана из натурального камня с позолотой, – объяснила Валентина. – Конечно, тебя это не утешит, но хорошо же, что мы постарались упокоить Галю по-царски.
– Спасибо, – прошептала Клава, – раз уж ей суждено было умереть, то ничего не поделаешь. Мне легче от того, что вы так о Галочке позаботились.
Глава пятнадцатая
Клавдия Викторовна жестом остановила Настю.
