Поежившись, я посмотрел на ледяную поверхность ущелья за окном. Тонкий слой снега скрывал следы недавних природных потрясений. Вдали мелькала далекая деревня, окруженная туманным паром из-под снега. Я задержался на секунду у края каменного булыжника, наблюдая за редкими облаками, которые медленно развертывались над пустынными горами, прежде чем скрыться в черной бездне....
Когда обнаружилось, что я ничего не помню из прошлой жизни, мы сообща решили, что потеря памяти произошла из-за серьезного ранения головы. Правильно?
— Правильно, — ответил отец Флатис. — Такое часто случается, и иногда, милостью Создателя, память возвращается.
— Не об этом речь, святой отец, — отрицательно покачал я головой. — В данный момент мне глубоко плевать на воспоминания барона Кориса Ван Исер. Суть в другом: когда кабан изуродовал мое тело, старый барон заснул навсегда, а вместо него проснулся я. Считайте, что я родился в тот момент, когда старый барон умер.
— Что ты такое говоришь, сын мой! — вскинулся священник, ударив посохом в пол. — Ересь! Только бесы и демоны из нижнего мира занимают человеческую оболочку, чтобы нести зло!
— Думаете, что я демон? — спокойно спросил я.
— Нет. В тебе нет зла, сын мой, — признал священник, вновь опускаясь на кровать.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда просто выслушайте меня. Думаю, у меня большая беда, осталось лишь узнать это наверняка.
— Какая беда, господин? — прогудел озабоченный бас здоровяка, и в мой закуток втиснулась туша Рикара.
— Случилось, — хмыкнул я. — Рикар, ты пока сядь рядом с отцом Флатисом и просто слушай. Иначе я и до вечера не закончу.
Повиновавшись, Рикар плюхнулся на заскрипевшую под его весом кровать и недоуменно переглянулся со священником.
Убедившись, что меня внимательно слушают, я продолжил повествование:
— Когда я пришел в себя достаточно, чтобы заняться делами поселения, вы все отметили, что я гораздо умнее прежнего барона.
Оглядев задумчивого священника и понуро опустившего голову Рикара, я убедился, что они прониклись, и продолжил:
— Последние месяцы я постоянно думаю о произошедших со мной изменениях и систематизирую их…
— Что делаете, господин? — поразился здоровяк.
— Систематизирую, — терпеливо пояснил я. — Это значит, что я привожу свои воспоминания и мысли в порядок. Вот и еще один пример — откуда недалекому провинциальному барону знать такие мудреные словечки?
— Думаю, такие словечки заставят задуматься и мудрейшего главу имперской канцелярии, — сухо засмеялся священник.
