Поежившись, я посмотрел на ледяную поверхность ущелья за окном. Тонкий слой снега скрывал следы недавних природных потрясений. Вдали мелькала далекая деревня, окруженная туманным паром из-под снега. Я задержался на секунду у края каменного булыжника, наблюдая за редкими облаками, которые медленно развертывались над пустынными горами, прежде чем скрыться в черной бездне....
— Ладно я, пень замшелый, свое уже отгулял. А вы?
— А что я?
— Раньше каждый подол задрать норовили, а в последнее время на женщин и не смотрите вовсе! — выложил Рикар свой главный козырь. — А без ентого дела никак нельзя — такая тоска подступает, что и до удавки недалеко. Уж я-то знаю! Достаточно на гарнизонах насиделся!
— Ты по себе не суди! — огрызнулся я, лихорадочно прикидывая, доносятся ли звуки нашей «семейной» перепалки до баронессы. Надеялся, что нет, иначе позора не оберешься. — У меня с этим проблем не бывало.
— Господин, может, после той охоты окаянной случилось что? — не отставал здоровяк. — Ну… с этим самым? Вы же мне как родной, уж не таитесь от меня — я и травки особые знаю, ежели что. Вмиг заварю настойчик.
— Себе завари! Рикар, нормально у меня все! Не понимаешь?
— Ежели я чего и не понимаю, господин, — ворчливо ответил здоровяк, — так это когда молодой парень на девок не заглядывается! О вас же забочусь! С утра до ночи по хозяйству носитесь, дела решаете… Сгорите вы так, господин.
— Ох… — простонал я. — Рикар, твою ж так… Слушай! Последний раз говорю — нормально у меня все с этим делом! Самому-то когда последний раз молодка постель стелила?
— Ну, молодка, аль не молодка, а случается, — с достоинством прогудел Рикар, поглаживая бороду. — Как без этого?
— Ну-у-у… ну и ладно, — несколько ошарашенно буркнул я. — А я сам как-нибудь разберусь! Понял?
— Понял, господин. Вот только пока вы разбираться будете, уведут ее! Девка-то справная!
— Да за милую душу! Еще и ручкой вслед помашу! Рикар, надеюсь, ты с таким же вопросом к Але не подкатывал? А? — спохватился я.
— К баронессе? — уточнил здоровяк. — А что ее спрашивать-то? Чай не шурда в постель подкладываем. Она еще благодарить должна, что вы ей такую милость оказываете!
Ну да. Представив, как именно «отблагодарит» меня баронесса, узнав о коварных планах здоровяка, я не выдержал и расхохотался. Так «отблагодарит», что мало не покажется ни мне, ни чрезмерно заботливому опекуну.
— Вы у нас мужик справный, руки-ноги на месте, да и титулом не обделены. Приданного, опять же, не требуем, — степенно рассуждал здоровяк, покачиваясь в седле. — А ежели случись чего, и орелик ваш сонный просыпаться не возжелает, так я вмиг с настойчиком подоспею.
Когда я осознал, что именно подразумевается под словосочетанием «сонный орелик», мой смех словно отрезало, и, захлопнув рот, я возмущенно уставился на Рикара.
