В клубе «Скример» пестрое месиво разнообразных гостей: кавалеры с черепами в оправах и дамы в кожу, забывшись под музыку. Дариус пристроился рядом со своим спутником — парнем-бунтарем, не боящимся выделяться в толпе. Внутренний мир Дариуса раскалывается на мелкие кусочки при виде такого атмосферного места....
Марисса уверенно полоснула себя ножом — так, словно делала это не раз. Приподняла голову Рэта и приложила руку к его рту.
Его тело дернулось, как от удара током.
— Хорошо, теперь можно переносить, — скомандовал мужчина. — Марисса, не отнимай руку."
"Когда мужчины подхватили Рэта с пола, Бэт сжала его ладонь. С великой осторожностью они уложили его на заднем сиденье. Жена и Марисса пристроились рядом. Буч и Вишу — впереди. Доктор исчез.
«Эскалэйд» с ревом мчался по проселочной дороге. Бэт гладила руку мужа, обводя пальцем татуировки.
— Ты так сильно его любишь, — прошептала Марисса.
Бэт подняла глаза.
— Он пьет?
— Я не знаю.
Глава 51
Хаверс вышел из операционной, стянул перчатки и выбросил их в контейнер для биологического мусора. Спина ныла. Несколько часов он провел, согнувшись над Рэтом, собирая по частям кишечник и зашивая рану на шее.
— Он будет жить? — спросила Марисса, побледневшая из-за потери крови.
Бледная, но настойчивая.
— Время покажет. Во всяком случае, я надеюсь.
— Я тоже надеюсь.
Она пошла к себе, стараясь не встречаться с братом глазами.
— Марисса…
— Знаю, что ты сожалеешь, но прибереги свои извинения для Бэт. Если она захочет их выслушать.
Услышав, как за сестрой захлопнулась дверь, Хаверс закрыл глаза и потер грудь.
Сердце ныло, расплачиваясь за грехи своего хозяина. Сделанного не воротишь.
Он прислонился к стене и стянул с головы хирургический колпак.
К счастью, слепой король был настоящим воином: могучее телосложение и железная воля.
Но похоже, главную роль сыграло присутствие черноволосой шеллан, которая была рядом все время, пока шла операция. Даже находясь без памяти, Рэт лежал головой в сторону Бэт. Та разговаривала с ним без остановки, пока совсем не охрипла.
Она не позволила осмотреть свои раны, отказывалась от еды и ни на шаг не отходила от своего хеллрена.
Хаверс, пошатываясь, подошел к раковине.
Братья ждали его снаружи.
И они знали, что виноват он.
Перед операцией Торман прихватил его за горло и предупредил, что, если Рэт умрет на столе, братья повесят горе-доктора за ноги и забьют насмерть голыми руками. Прямо в собственном доме.
Определенно, Зетист им все рассказал.
«Господи, зачем только я сунулся в этот переулок? — думал Хаверс.
