В клубе «Скример» пестрое месиво разнообразных гостей: кавалеры с черепами в оправах и дамы в кожу, забывшись под музыку. Дариус пристроился рядом со своим спутником — парнем-бунтарем, не боящимся выделяться в толпе. Внутренний мир Дариуса раскалывается на мелкие кусочки при виде такого атмосферного места....
Он держал их впроголодь и кормил через день. Один сидел на цепи у главного входа, другой — у черного. Такое расположение обеспечивало не только эффективную защиту дома, но и безопасность собак: когда однажды он привязал их рядом, они вцепились друг другу в глотки.
Хозяин подхватил сумку, запер дверь и пересек газон. Дом был обшит в духе семидесятых: пластиковыми панелями «под кирпич». Смотрелось это откровенно убого, но менять ничего не следовало. Нужно соответствовать окружению. Цены на соседские ранчо не превышали ста тысяч.
Главное, что сам участок был достаточно велик — десять акров, поросших деревьями. Старый сарай на заднем дворе, переделанный в мастерскую, был надежно защищен от любопытных глаз стеной дубов и кленов.
А то ведь и крики кто-нибудь мог услышать.
Мистер Икс крутанул на пальце связку ключей. Сегодняшняя ночь — для работы, поэтому выбор пал на четырехлетний минивэн «крайслер»; любимый черный «хаммер» обождет в гараже. Езды до центра — не более десяти минут.
«Долина любви» занимала в Колдуэлле три квартала в тускло освещенном, загаженном районе у Байтового моста.
Мистер Икс переложил охотничий нож и шприц с героином из сумки в карман водительской двери, опустил стекло и влился в поток.
«Приехал паренек поразвлечься, — подумал он о себе, — один из многих».
— Подружку ищешь? — крикнула какая-то шлюха.
— Хочешь прокатиться со мной? — подхватила другая и затрясла задом, подражая вибромашине.
Только на втором круге он нашел то, что искал: длинноногую блондинку с шикарными формами.
Девочку в его вкусе, с которой развлекся бы, будь его «дружок» в рабочем состоянии.
«Это будет в кайф, — подумал мистер Икс, нажимая на тормоза.
— Привет, сладкий, — промурлыкала она, подходя ближе.
Оперлась рукою о дверь и просунула голову внутрь машины. От нее пахло потом, дешевыми духами и жевательной резинкой.
— Как делишки?
— Могут быть лучше, если ты мне улыбнешься. Почем?
Она окинула взглядом салон машины, потом его прикид.
— Полсотни — и я твоя.
— Многовато, — подыграл он.
Выбор-то уже сделан.
