В клубе «Скример» пестрое месиво разнообразных гостей: кавалеры с черепами в оправах и дамы в кожу, забывшись под музыку. Дариус пристроился рядом со своим спутником — парнем-бунтарем, не боящимся выделяться в толпе. Внутренний мир Дариуса раскалывается на мелкие кусочки при виде такого атмосферного места....
Подожди… Как тебе нравится Кошечка?
Белобрысый хихикнул.
Бэт сглотнула и вынула из сумки телефон, готовая набрать девять-один-один.
Спокойствие. Главное — не растеряться.
Она представила, как войдет в ресторан под освежающий ветерок кондиционера. А потом вызовет такси, чтобы доехать до самого дома, подальше от этих придурков.
— Ну, куда же ты, Кошечка, — канючил Стопроцентный Американец, — я тебе понравлюсь.
Осталось всего три квартала…
Бэт уже сошла с тротуара, чтобы перейти Десятую улицу, когда парень схватил ее и потащил назад, зажав рот тяжелой ладонью.
Длинный снова настиг.
— Ты мне за это заплатишь, сука! — прошипел он в ухо Бэт и сдавил ей горло.
Казалось, еще немного, и сломается шея. Пленницу затошнило от запахов пота и дешевого одеколона, а равно и от визгливого смеха белобрысого.
«В переулок тащат, — сообразила она, — а там совсем темно».
Желудок сжался, еще немного — и вырвет; в горле возник противный привкус желчи. Бэт предприняла еще одну попытку вырваться. Ужас придал ей сил, но противник оказался сильнее.
Он выбрал уютное местечко за мусорным баком и всем телом прижался к ней. Она успела врезать ему пару раз локтями по ребрам.
— Вот зараза! Держи ей руки!
Белобрысый получил хорошую порцию ударов каблуками по голени, но все-таки поймал ее руки и задрал их кверху.
— Давай, сучка, тебе понравится! — рычал Стопроцентный Американец, пытаясь раздвинуть ей ноги коленом.
Он пристроил ее спиной к кирпичной стене и удерживал на месте, сжимая горло. Другой рукой расстегивал блузку. Бэт закричала и сразу получила удар в лицо. В глазах потемнело от боли, появился привкус крови во рту.
— Так: заорешь еще раз, язык отрежу. Длинный сорвал с нее кружевной лифчик. В глазах ничего, кроме похоти и злости.
— Эй, а сиськи-то у тебя настоящие? — спросил белобрысый, как будто она могла ответить."
"Длинный больно стиснул ей грудь и дернул за сосок. Бэт сморщилась от боли, на глаза навернулись слезы.
Стопроцентный Американец заржал:
— Настоящие. Дам и тебе попробовать, когда сам кончу. Омерзительное хихиканье белобрысого и осознание неотвратимо приближающейся развязки включило защитный механизм в ее мозгу. Бэт заставила себя расслабиться и вспомнить уроки самообороны.
