Автор
В мирном сновидении ускользают лишь мельчайшие подробности, оставляя осадок легкого привкуса досады. Плохое вспоминается чаще счастья, а боль и утраты застилают память, как завесу тьмы. Жизнь стремится к забвению, но хочется сохранить каждую эмоциональную гроздь времени — чтобы не исчезли вместе со временем и чувства, которые они вызывали....
– Кость, иди, – мягко попросила я, заглядывая в зеленые глаза. – Со мной правда все хорошо.
– Позже. Подскажите, пожалуйста, где у вас можно смыть дорожную пыль?
– Вон дверца прямо за ковром, там и можно. Ладушки, пошла я кушать, а вы как надумаете – присоединяйтесь.
Бабушка ушла, прикрыв за собой дверь, а мы отправились в купальню. Я ожидала увидеть деревянную лохань или бадью, но все оказалось гораздо привычнее.
– Сможешь немного постоять? – спросил Константин, замерев напротив ванны.
– Смогу и много. Я в порядке.
То, что мои слова проигнорировали, я поняла, когда попыталась отойти в сторону, стоило ногам коснуться пола. Мне не дали. Удерживая меня за талию, Кощей сначала открыл краны, чтобы набрать ванну, а затем встал за спиной, щекоча дыханием шею. Положив ладони на плечи, он огладил руки до запястий, а затем снова вверх, неожиданно вызывая легкую дрожь в теле. Ненадолго замерев, пальцы мужчины скользнули вперед и запорхали по пуговицам моей рубашки.
– Царевич, – позвала я, впрочем, не пытаясь остановить или помешать.
– Я тебя очень внимательно слушаю…
От прикосновения горячих губ к мочке уха я вздрогнула.
– А что ты делаешь?
– Помогаю тебе избавиться от одежды, – ответил царевич, разводя полы рубашки в стороны.
– А зачем?
– Чтобы смыть пыль и грязь подземелья.
– Спасибо, конечно, но я и сама могу помыться.
– Прости, но с некоторых пор я не очень доверяю твоим словам.
Это заявление вызвало возмущение, которое я с трудом подавила, а вслед за ним пришло беспокойство по поводу появления эмоций.
Скинув на пол верхнюю рубашку, Кощей на некоторое время замер, шевеля неровным дыханием волосы на макушке, а затем снова вернулся к плечам, медленно сдвигая в сторону тонкие лямки нижней рубахи. От прикосновения прохладных пальцев по коже побежали мурашки, я снова попыталась вырваться. На этот раз почти успешно – на целый шаг вперед. Только победа оказалась короткой, завершившись новыми объятиями, но теперь лицом к лицу.
– Зачем ты это делаешь? – выдохнула я, не в силах подавить новую волну непонятных чувств.
"– Что именно? Забочусь о тебе? Потому что хочу и могу.
– Ты прекрасно понял, о чем я говорю. И «заботой» это можно назвать в последнюю очередь!
– Как же это тогда называется? – с легкой улыбкой уточнил Кощей, явно поддразнивая.
– Ты меня соблазняешь!
– Даже если так, то что? Разве я не имею права оказывать знаки внимания женщине, которую люблю?
– Костя, это не любовь… – тихо прошептала я, касаясь мужской щеки.
