Девятнадцатилетняя волшебница Эли живет в роскошном особняке, но является рабыней с ошейником на шее. Невольницам запрещено мечтать о свободе. Когда в её жизнь входит новая хозяйка, Эли получает шанс на изменение судьбы и борьбу за собственное будущее.
Формально я принадлежу ей, хотя наша предусмотрительная госпожа всё продумала и оставила на рабочем столе в лаборатории гербовую папку с подписанными завещаниями. Мартейн чуть было не отправил бумаги в камин, не желая и слышать ни о какой «посмертной воле» жены, уж не знаю, каким образом хладнокровному Ниаллу удалось его переубедить.
Когда я закончила с работой, на Асфу уже спускался синевато-туманный вечер. Волшебные огоньки, заряженные магией, разгорались на фасаде поместья, у фонтана, в саду и вдоль дорожки к пруду. Я закуталась в тёплую накидку и гуляла в одиночестве. Мне совсем не хотелось сидеть в душной кухне и слушать болтовню Веры и кухарок. Опавшие листья шуршали под ногами: без Хисса их никто не убирал. Управляющий должен был подыскать нового садовника, а пока чувствовалось, что сад и роща остались без внимательного хозяина.
Нужно было уделять больше времени теоретической магии, об этом говорил мне и Мартейн, но как же трудно было сесть заниматься, когда в голове теснились назойливые мысли! Больше всего я думала, разумеется, о поцелуе…"
"Что сказал мне Мартейн прежде, чем наши губы слились в страстном порыве? Я остановилась под деревом и мечтательно прикрыла глаза. Мы говорили об Алтаре Родовой стихии. О том, что все маги, владеющие островами, принадлежат к одному из пятидесяти знатных родов древности. Тейн был уверен, что я могу оказаться незаконнорожденной дочерью одного из магистров. «Слишком сильный дар», — вот как он сказал.
Я усмехнулась. Должно быть, моя магия действительно была не самой слабой, раз сумела затмить разум советника Магистрата. Я знала, что все знатные господа носят на теле или оборотной стороне одежды защитные амулеты, благодаря которым другие маги не могут проникнуть в их помыслы или очаровать при помощи иллюзий.
А что, если я и вправду дочь знатного господина? Моя мать была рабыней… всякое могло случиться. Злой хозяин мог взять её силой, а потом она убежала, чтобы он не погубил её и ребёнка. Совсем как в сказке, которую я слышала на празднике. «Давай, продолжай мечтать, глупышка», — съехидничал мой внутренний голос, который с недавних пор был очень похож на голос Архимагистра Горма.
«Неужто ты думаешь, что твой папочка примет тебя в семью с распростёртыми объятиями, подарит золотой знак рода, кораблик и остров с роскошной виллой?» Я помотала головой и пошла дальше по засыпающему саду. У меня не было глупых надежд. Я с детства знала, что чудеса случаются с кем угодно, только не с рабами.
