Девятнадцатилетняя волшебница Эли живет в роскошном особняке, но является рабыней с ошейником на шее. Невольницам запрещено мечтать о свободе. Когда в её жизнь входит новая хозяйка, Эли получает шанс на изменение судьбы и борьбу за собственное будущее.
— Смотрю, эту девушку совсем не учили приличному поведению, — процедила она.
— Эли просто растерялась, — пожал плечами Мартейн и на миг заглянул мне в глаза.
«За что мне это наказание?» — спросила я одним взглядом. Советник Фоули нахмурился и пошёл по дороге к дому.
— Я теперь твоя наставница, милочка, нравится тебе это или нет, — заявила выдра. — Будешь звать меня мистресс Блом. Теперь поклонись мне и возьми у меня вещи.
Стиснув зубы, я выполнила её указание. Кивнула головой и выхватила из её сухощавых рук увесистый чемоданчик. Что она в нём таскает, камни, что ли? И для чего она отрастила ногти с полпальца длиной, неужели это удобно или красиво? Помимо собственной воли я представила, как мистресс Блом впивается своими когтищами в моё лицо за то, что я неправильно произнесла магическую формулу.
— Ужин готов, Эли? — спросил меня Мартейн, когда мы оказались в гостиной.
Учительницу одна из служанок повела в гостевую комнату.
— Конечно, — с грустью сказала я. — Накрывать в столовой на двоих?
— Да, будь добра, — сказал он, расстёгивая дорожную накидку и бросая её на диван."
"Как же мне хотелось обнять его, поцеловать! Сказать, что я скучала эти несколько бесконечных часов. Почему же он так поступает со мной, что я сделала не так?
— Она… прошу прощения, мистресс Блом будет жить в вашем доме? — еле слышно спросила я.
— Некоторое время. Как только ты станешь свободной девушкой, ты сможешь держать экзамены в Академии. А пока слишком неудобно заставлять учителей плавать на Асфу несколько раз в неделю. Сама ты тоже не справишься с парусником, чтобы посещать занятия на другом острове. Инис Блом работает в Архиве Магистрата, она с радостью согласилась немного отвлечься от документов и заняться практикой с молодой стихийницей.
— Господин Мартейн, — вздохнула я, и он подошёл ближе, подбадривающе взял меня за плечи.
— Эли, так будет лучше для тебя, правда! У меня в Магистрате много дел, скоро предстоит суд по делу Рида, новые законы… — Он осёкся, наткнувшись на мой взгляд. Понял, что говорит ненужные вещи, и нехотя признался: — Да, из-за того, что случилось на последней тренировке, — тоже. Я не хочу отвлекать тебя. И не хочу отвлекаться сам. Если мы продолжим, то неизвестно, чем всё это закончится.
— Вы правы, — прошептала я.
— Понимаю, ты в обиде на меня за всё, что я натворил. За то, что закрыл в подвале, и за сегодняшнюю вольность тоже. Я не имел никакого права целовать тебя, знаю.
