В мире, где все зависело от природности клятвы и восхитительных нарядов, Кендан сознавал, что ему предстояло защёлкнуть на её ошейнике. Цепи или наручники — не более чем формальность в Краю Тысячи островов, где рабыням запрещено отращивать волосы и ходить с поднятой головой. Однако магистр Гедрис любил следовать формальностям как нельзя лучше....
Неужели призракам знакомо замешательство или смущение?
— Он нравится мне, — промолвила наконец она. — Мне жаль, что мы не встретились раньше.
— Но вы встретились, разве не это главное? — сделала я новую попытку.
— Слишком поздно, — вздохнула тень и на этот раз действительно начала исчезать. — Слишком… поздно…
За размышлениями о разговоре я не заметила, как вышла к кладбищу. Совсем недавно я боялась этого мрачного места, но после нападения на Рида всё чаще вспоминала поговорку, которую слышала однажды в детстве.
"Ворота некрополя были закрыты, но рядом находилась приоткрытая калитка, в которую я и вошла безо всякого страха. Главная аллея, уходящая на север, была чисто подметена. Розовые кусты отцвели и стояли аккуратно подстриженные в ожидании недолгой зимы.
В одной из книг, которые я читала ещё в поместье магистра Гедриса, описывалось зимнее кладбище Веллирии.
К домику некроманта была выложена дорожка из плиток.
Я отступила от двери. Из окна лился тёплый свет масляных ламп. Над крышей стелился дымок от зажжённого камина. Вежливо ли будет прерывать встречу Ниалла с кем-то неизвестным? Не лучше ли сначала осторожно заглянуть в окошко? Что я и сделала.
— Ох. — У меня перехватило дыхание, когда я увидела…
На кровати, чуть приподнятая на подушках, лежала Адриана. Глаза её были закрыты, губы — чуть разомкнуты, но никто и никогда не подумал бы, что эта женщина умирает. Она выглядела совсем как живая. Разве что крепко спала.
Некромант разговаривал с ней, бережно расстёгивая на её груди пуговки ночной рубашки.
