В Тень Победы попадает мир, где легенды стали обыденной повседневностью, а простые люди — лишь мишень злодеев. Здесь каждый может оказаться в центре скандалов и тайн, когда на поверхность выпячиваются долгостареющие грани прошлого. Книга раскрывает драматическую реальность незаметных героев и их мучительные судьбы под прицелом могущественных сил....
Мы говорим о полководческих способностях нашего героя. Подбор и расстановка кадров — важнейшая область деятельности полководца. Умный волевой полководец таких же себе и подчиненных подбирает. Вновь и вновь обращаюсь к великому Макиавелли: «Об уме правителя прежде всего судят по тому, каких людей он к себе приближает». Жуков — на белом коне, и вокруг толпы друзей, которых он выбрал сам. Чуть шатнулся Жуков в седле, и порхнули друзья, как воробушки. Вот мудрость Жукова: в его окружении оказались одни прохвосты. Сильных, верных, мудрых и честных людей рядом с ним почему-то не оказалось.
Удивляет и жуковский плач. Хочется поплакать, закройся на ключик, поплачь вдоволь. Но не при гостях же!
Жуков — мародер и расхититель народного достояния. Любого солдата, офицера, генерала поставили бы к стенке даже за тысячную, за миллионную долю того, что наворовал Жуков. Но Сталин Жукова не расстрелял, не посадил, не арестовал, погоны не сорвал, в тот момент еще даже не конфисковал награбленных бриллиантов. А Жуков уже плачет.
"В Москве Жукову работы нет. На должность мыслителя он не тянет. В Германию его посылать нельзя. Он уже проворовался на Германии, и под его руководством советские войска в Германии разложились до степени полной неспособности воевать. Сталин ставит его на военный округ. И Жуков пустил слезу. Мерецков и Рокоссовский в свое время прошли через арест, пытки, камеру смертников и даже через имитацию расстрела. Они-то не знали, на какой расстрел их волокут, — на туфтовый или настоящий.
4.
Полковник К. К. Телегин продолжает рассказ о том, как плачущий Жуков встречал новый 1947 год: «Часа в два ночи неожиданно приехали В. В. Крюков и Л. А. Русланова, „сбежавшие“ как объяснила Лидия Андреевна, с какого-то вечера, где она выступала. Человек редкостной чуткости, она сразу же уловила настроение присутствующих, развернула принесенный с собой большой пакет и кинула на стол двух подстреленных тетеревов.
— Я желаю, Георгий Константинович, — сказала она, — чтобы так выглядели все твои враги!» (Наш современник. 1993 № 5 Стр.16)
Ах, какие смелые у Жукова друзья! И какие глупые. Нужно знать, что дача Жукова прослушивается. А если этого не знаешь, то нужно предполагать, что дело обстоит именно так. И трепать языком, исходя из предположения, что твоя болтовня будет доложена куда следует.
На праздничном столе Жукова — два тетерева с простреленным головами.
