Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Раздел Chitat.online для книги «Тень Великого Древа (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Завершающий том эпической саги о борьбе за власть и судьбы миров. Каждый персонаж стремится к своему: кто-то к бессмертию и господству, кто-то к мести и возмездию. Но древняя тайна, скрытая в тени Великого Древа, грозит поглотить всё, и только один герой способен её разоблачить, пожертвовав...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Она бы смахнула Ориджинов собственной рукой, если б жила сейчас! Джоакин сотворил спираль:
- Спасибо, что дала нам сил, святая Праматерь. Мы очистим мир от скверны.
Из-за орджа язык слегка заплетался, слово «скверна» далось не сразу.
- Отдай сюда, - Мартин отобрал бутылку. – Ордж не идет тебе на пользу: сомневаться вот начал… А почему? Потому, что ориджинское пойло!
Лорд выхлебал последнее, бросил стекло на мостовую.
И вдруг сказал:
- Давай пойдем к волчице.
- Э… зачем?
Мартин молча смотрел ему в глаза. Джоакина переполняло хмелем, гордостью, решимостью, гневом на этих. Он ненавидел гадов. Всех гадов, что сломали жизнь ему и Мартину, и Лауре. Еще - Салему из Саммерсвита, и Полли, и Луизе, и всем хорошим людям. Гады хотят извести нас, но хрена им лысого! Мы не сдадимся, мы победим любой ценой, иного выбора нет!
Эта священная ярость не умещалась в груди. Ее следовало выплеснуть, разрядить искровой вспышкой, швырнуть в лицо, как суровой приговор. Джоакин процедил:
- Да, идем к волчице!
В замке все уже утихло. Ужин давно кончился, люди разбрелись по кроватям. Часовые в темноте не узнали Джоакина, пришлось пальнуть в небо Перстом, чтобы подтвердить свою личность. Выстрел оставил приятное, жгучее чувство в руке. Боги избрали графа Виттора, а он избрал меня. Я – десница божья!
Черный двор, черный донжон, черные часовые, укутанные в плащи.
- Где найти Иону, сучьи дети?!
Голос звучал грозно, Джоакин наслаждался собой.
- Не можем знать, милорд.
- Где чертова клетка?! – рявкнул Мартин. – Вы слепые, если не видели!
- Несли туда, милорд, в подвал арсенала.
Прошагали двор, чеканя шаги. Не сговариваясь, засветили Персты, очертили себя кругами белого сияния. Пусть всякий видит: мы – избраны для святого дела. Мы – мученики!
Сбежали вниз по каменным ступеням, рванули дверь. В тесной караулке стражники встали навытяжку:
- Желаем здравия, милорд и сир.
- А ну, впустите нас к волчице!
Короткое замешательство.
- Виноваты, милорд, но граф отстранил вас от пленницы…
- Ну, я вам покажу, кто кого отстранил! Впускайте живо!
Второй стражник возразил первому:
- Ладно, няньке-то открыли… Давай впустим…
- Няньке?.. – удивился Джо.
Стражник провернул ключ. Двое шагнули в распахнутую дверь.
Откуда-то сбоку лился свет фонаря. Ящики и бочки не давали увидеть сразу, пришлось свернуть за угол, обойти штабель. В глубине подвала под низким сводом поблескивала клетка. Иона держалась за прутья так, будто хотела их выломать. А рядом стояла Гвенда.
- Сударыня?.. Зачем вы здесь?
Гвенда попятилась от клетки, сложив руки на животе, как монашка.
- Я… Я просто…
- Забрели сюда, пока осматривали замок?
- Угу…
- Ждите на улице. У нас тут дело."
"Они подошли к Ионе. Что-то странное было с ее лицом: пропала безучастность.
