— Завтра ждем отчета о вскрытии, — сказала я. — Но по предварительной оценке Купера, Ашлин нанесли удар в лицо, при падении она ударилась затылком о каминный приступок. Она ждала к ужину парня по имени Рори Феллон. Он признает, что прибыл в означенное время, но утверждает, что она не открыла ему дверь и он понятия не имел, что она мертва, пока мы не сообщили ему об этом сегодня днем.
— Хм… — Настольная лампа освещала лицо О’Келли только с одной стороны, вторая терялась в тени, так что вид у него был вполне зловещий. — Вы ему верите?
Я пожала плечами.
— Отчасти. Наша основная версия заключается в том, что она открыла ему дверь, они повздорили и Феллон нанес удар. Однако он действительно мог не знать, что она мертва.
— У вас есть какие-нибудь веские улики?
Двенадцати часов не прошло, а мне уже устраивают выволочку за то, что у меня на руках нет отчета о совпадении ДНК. Я засунула руки в карманы пиджака — чтобы не расшвырять все горшки с цветами с его стола.
Стив вмешался до того, как я успела ответить:
— Мы отправили на экспертизу пальто и перчатки Феллона, в которых, по его утверждению, он был вчера, и теперь обследуем весь его маршрут до дома на тот случай, если он что-то выбросил. Он дал согласие на обыск своей квартиры, и мы можем взять любую одежду, если она нас заинтересует, этим уже занимаются. Эксперты утверждают, что если он наш парень, то, вероятно, мы обнаружим кровь, или частицы эпителия, или волокна, идентичные тем, что найдены на теле жертвы.
— Я попросила приятеля из лаборатории проверить эти предметы как можно быстрее, — сказала я по возможности спокойным голосом. — Предварительное заключение у нас должно быть уже завтра. Мы оповестим вас.
О’Келли соединил кончики пальцев, не отрывая от нас взгляда.
— Бреслину кажется, что вам бы хорошо прекратить разбазаривать время, и свое, и остальных парней, и арестовать этого мелкого гаденыша.
— Это дело вы поручили не Бреслину.
— Что ты хочешь сказать? Что у тебя есть сомнения? Или желаешь всем показать, что Бреслин тебе не начальник?
— Если кому-то не хватает ума понять, что Бреслин нами не командует, я не собираюсь разбазаривать свое время, объясняя ему, что это не так.
— Значит, сомнения.
За черным окном завывал ветер, он надрывался так, будто прилетел из далеких полей, мчался мили и мили, не встречая препятствий, и наконец добрался до одинокой горы, на вершине которой стоит наш отдел.
— Мы проведем арест, когда будем готовы.
— Сомнения насчет того, достаточно ли доказательств? Или сомнения в его виновности?
Он смотрел только на меня.
— Сомнения насчет того, готовы ли мы его арестовать.
— Ты не ответила на мой вопрос.
Тишина. Глаз О’Келли, отливающий металлическим блеском в свете лампы, немигающе глядел на меня.