Весна застывает в зелени и радужных оттенках, а девушки медленно переодеваются из теплых пальто в тонкие юбки. Жора Бурундук замечает два странных существа на Каштановой аллее: одна в коротком платье с распущенными волосами, а другая в джинсах, укороченных до самых колен. Этот тихий парк становится местом, где обыденность смешивается с неожиданностью....
Он не знал, что я могла оформить твой бизнес на себя, думал, что дело в шляпе. Но твоя смерть развязала мне руки. Я оформила твой бизнес на себя, нашла надежную крышу и прогнала Макса…
– Ульян где? – вроде бы спокойно, но с жесткими нотками в голосе спросил Вайс.
– Я не знаю… Макс дал понять, что его убили… Скорее всего, так и есть. Труп его не всплывал, значит, его убили и закопали… И его люди куда-то исчезли… Почти четыре года прошло, никто не объявлялся…
– Ты Ульяна сдала?
– Если бы я его сдала, то не стала бы говорить, что его убили.
– Ну да, с логикой тебе сейчас надо дружить, – язвительно усмехнулся он. – Чтобы не завраться, не запутаться…
– Я могу показать тебе все финансовые отчеты, отчитаться за каждую заработанную и потраченную копейку. И ты увидишь, что деньги крутились вокруг моих активов и ни копейки не ушло в Краснополь…
– Твоих активов?
– Извини, я привыкла так говорить, потому что уже привыкла к мысли, что ты мертв… Но я все равно тебя ждала, как мы и договаривались… Я ни разу, ни с кем… – Марине вдруг стало не хватать воздуха, и она быстрым суетливым движением расстегнула верхние пуговицы на блузке.
– Я видел тебя с Фарадеем.
– Он появился недавно. Совсем недавно. Стал ухаживать за мной… Да, я ходила с ним в ресторан. Но у нас не было ничего…
– Гладко стелешь. Только я тебе не верю…
– Я понимаю, с Фарадеем вышло очень некрасиво. Но я тебя не обманывала…
– Да, конечно, – с иронией улыбнулся Вайс.
– Я думала, что ты погиб.
– Но я живой.
– Значит, я могу вернуть тебе все, что сохранила для тебя… Хотела сохранить для тебя…
– И когда ты сможешь мне все это вернуть?
– Прямо сейчас… Документы на собственность у меня в банке, но копии здесь.
– Сама составишь договор? – с подозрением посмотрел на нее Вайс.
– Сама. Я же юрист. И опыт у меня есть…
Если она передаст ему свой бизнес, это станет наглядным подтверждением ее невиновности. И независимости от Фарадея. Но как же трудно от всего этого отказаться! Марина вдруг поняла, что еще чуть-чуть, и она разрыдается.
– Ты завтракал?
– Тебе какое дело?
– Скоро уже обед… Я распоряжусь?
– Ну, рискни. – Вайс убрал со стола пистолет и пересел в другое кресло, так, чтобы контролировать вход.
– Не бойся, подвоха здесь никакого нет.
– Я давно уже ничего в этой жизни не боюсь… Фарадей где?
– В небе.
