Роман переносит читателя в двадцатые годы XX века, в эпоху НЭПа. В легендарном кафе "Домино" на Тверской улице пересекаются судьбы поэтов, художников и уголовников. На фоне противоречивых перемен в стране разворачивается напряженная драма о столкновении искусства и преступного мира.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Тени кафе «Домино»»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Роман переносит читателя в двадцатые годы XX века, в эпоху НЭПа. В легендарном кафе "Домино" на Тверской улице пересекаются судьбы поэтов, художников и уголовников. На фоне противоречивых перемен в стране разворачивается напряженная драма о столкновении искусства и преступного мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман переносит читателя в двадцатые годы XX века, в эпоху НЭПа. В легендарном кафе "Домино" на Тверской улице пересекаются судьбы поэтов, художников и уголовников. На фоне противоречивых перемен в стране разворачивается напряженная драма о столкновении искусства и преступного мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А нас не надо звать, мы сами приходим, – Тыльнер достал удостоверение, – Уголовный розыск.
Бартеньев дернулся.
Но в спину ему воткнулись два ствола.
За его спиной стояли оперативники.
«Рабочая газета»
Леонидов вошел в кабинет редактора.
– Что за срочность, меня назначают вместо тебя?"
"– Пока нет. Ты едешь в Туркистан. Это задание самого Дзержинского. Погранзастава и басмачи. Дело опасное. Согласен?
– Согласен.
Дома все славно.
Бумаги на письменно столе.
Пыхтящий самовар.
Нюша спит на кровати.
Таня накинув на плечи оренбургский платок, читает Куприна.
– Танюша, – голос Леонидова сорвался, – я завтра уезжаю.
– Куда?
– В Туркестан, в командировку. Там строят новую жизнь, я будут об этом писать.
– Это опасно?
– С чего ты взяла?
– Не знаю. Я боюсь твоих отлучек.
– Собери меня. А провожать не надо. У меня это плохая примета. Нюшу береги.
Они обнялись.
Застава у пограничной реки
Ему снился странный сон. Петербург. Ресторан «Данон». Григорий Распутин, уронивший лицо в салат.
К Леонидову подходит порутчик лейбгвардии Семеновского полка, наклоняется к нему и говорит:
– Олег, будем его брать, тогда ГПУ все грехи тебе снимет. Он смотрит на порутчика и видит, что это Мартынов. Он достает наган и говорит:
– Пошли, Олежек, пошли.
Его разбудил дневальный, треся за плечо.
– Товарищ корреспондент, товарищ корреспондент…К начальнику.
Леонидов вскочил.
Он спал в казарме заставы.
– Вы, товарищ корреспондент все какого-то Федю звали, – улыбнулся боец.
– Сон, – Леонидов замотал головой.
– Это бывает, ночью «афганец» задул, если спишь, то чертей видишь.
В дежурке сидели начальник заставы, командир пришедшего вчера усиленного эскадрона и замполит.
– Поспал немножко, товарищ Леонидов?
– Немного да, гадость какая-то снилась.
– Привыкай, брат, – засмеялся комиссар – Афганец.
– Слушай сюда, – сказал начальник, – ночью из комендатуры отделенный прискокал сказал, что Амонули-Хен, за кордон уходит. Хочет заставу нашу растоптать и уйти. У него двести сабель.
– Ого, – мрачно сказал Леонидов, – а приказ какой?
– Задержать сколько можно до подхода кавдивизии.
– Легко сказать, – комэска, – совсем молодой парень скрутил огромную «козью ножку», – легко сказать…
– Но приказ исполнять надо.
– Костьми ляжем, но исполним, рявкнул начальник.
Леонидов посмотрел на карту.
– Ребята, а ведь у них один путь к заставе. Из лесков в это ущелье в горах. Так.
– Так: радостно крикнул комэска. Мы мои три ручнека наверху поставим…
– А сколько у тебя гранат, – спросил Леонидов.
– По четыре на бойца. Я тебя понял, посажу десяток ребят с гранатами.
– А как они выскочат? – спросил комиссар.
– Тогда атакуем, возьмем в шашки.
– Отходите к заставе, а там разделитесь, мы их огнем встретим, четыре «максима» все-таки.
