Внутри главного входа кроется атмосфера элегантности и уюта, запахи свечей из пчелиного воска и лимонной мастики для полов заставляют дышать глубже. Здесь ветер несет с собой легкий парфюм матери и насыщенный одеколоном отца, брата и сестер.
Не беспокойтесь об этом.
Куин кивнул.
— Носите его с радостью. И думайте о Люке каждый раз, когда видите блеск камня.
Анна София сжала руку:
— Думаю, я положу его на время в безопасное место. Моим девочкам будет сложно это объяснить. Но, может, позже…
— Будущее в ваших руках.
Они еще немного побыли вместе, а затем Куин взял Блэя за руку, и они поднялись на ноги. Анна София тоже встала и склонила голову набок.
— Это ваш муж? — спросила она.
— Ах, мы не называем это так… он мой супруг, да.
— Вы двое выглядите так, будто очень подходите друг другу.
Куин моргнул, когда его внезапно осенило. А затем он медленно повернулся лицом к своему парню.
— Так и есть, — услышал он себя. — Мы хорошо подходим друг другу.
Глава 40
Когда они вернулись в особняк, Блэй первым вошел в вестибюль, и, миновав тяжелую внешнюю дверь, посмотрел на камеру наблюдения. Почти сразу дверь открыл Фритц.
— Господа, вы вернулись! И еще успеваете на Первую Трапезу! Давайте, давайте!"
"Дворецкий, медленно отступая, выглядел обеспокоенным.
Блэй открыл рот, чтобы успокоить доджена просьбой принести еду им в комнату, но тут заговорил Куин.
— Пойдем, — сказал он. — Посидим со всеми.
— Ваши места за столом ожидают вас! — Фритц захлопал в ладоши, имитируя аплодисменты.
Как будто они раньше не ели за большим столом. Словно понятия не имели, для чего предназначена огромная комната, заваленная едой.
С другой стороны, Куин выглядел так, будто впал в оцепенение, как только они подошли к арке. Блэй хотел предложить ему развернуться и уйти, но затем их присутствие заметили: разговоры стихли, собравшиеся оторвались от яичницы с беконом, вилки неподвижно застыли над тарелками с едой, кофейные чашки громко звякнули о блюдца, челюсти прекратили жевать.
Но все быстро пришли в себя: домочадцы снова принялись за еду, пытаясь одновременно скрыть волнение и облегчение. Куин же, казалось, был в полном ступоре.
Их места, рядом с Кором, Лэйлой и близнецами, действительно пустовали, и Блэй проследил, чтобы Куин сел ближе к детям. Он с улыбкой приветствовал Лирик и Рэмпа и что-то ласково им пробормотал, и это казалось хорошим знаком, однако он не стал брать ни одного из малышей к себе на колени.
