В Терновом Венце охотница Морриган Блэр шагает по дьявольскому лабиринту — зловещему Пропасти. Глядя на ненавистные взгляды, она сохраняет спокойствие и вызов, но чувствует каждый нервный тик окружающих. Книга передает атмосферу ужасающей изоляции и жестокости этого уникального мира колдуний....
Простоять так могут хоть полвека. И вряд ли будут ласковы к тем, кто решится сунуться в дом семьи Адае.
Клио, тихая, как мышка, следила за разговором. Саманья молчала тоже, но на ее лице читался неприкрытый интерес. Она редко говорила в присутствии Морриган (не считая, конечно, их недавнего приключения). Однако стоило пройти мимо комнаты Клио, едва ли не каждый раз из приоткрытой двери доносился голос жрицы, журчащий, словно ручеек.
– Как нам защититься в случае его атаки? – осведомился Доминик. Спрашивал он не у Морриган, которая тоже была сведуща в чарах, касающихся мира теней.
– Вы исходите из того, что Адиф – убийца, – не вытерпела Морриган. – Но что, если это не так? Не всегда то, что на поверхности, – истинно."
"Не зря ведь она так часто ищет истину в тайных знаках, туманно-дымчатых складках мира мертвых и зеркалах.
– Морриган уже зарекомендовала себя прекрасным проводником неупокоенных в мире теней, – в интонациях Бадб угадывалась тонкая насмешка.
– Во-первых, это не так-то просто, – поморщилась Морриган. – Во-вторых, еще раз: я изгоняла из мертвых тел фоморов, которые сами жаждали вернуться обратно в мир теней. Они кукловода лишились, понимаешь, мама? А хозяин мертвых куколок Адифа до сих пор жив. И он запрограммировал их на определенные действия. В их разложившихся мозгах для самоволия и собственных желаний места не осталось.
Бадб лишь повела изящными оголенными плечами, словно говоря, что детали ей малоинтересны. Перебарывая внутренний протест, Морриган обратилась к Доминику:
– Вы действительно хотите, чтобы я сидела в особняке и защищала вас, как сторожевой пес? Ох, простите, хотела сказать – ваши боевые колдуны?
– Не оскорбляя других, жить ты не можешь, да? – пробормотал Дэмьен.
Он поднялся, разминая ноги, словно сидеть без движения несколько минут для него – суровая пытка. Стоял теперь, облокотившись на спинку стула, на котором сидела Клио с голубкой на плече.
– Где именно в моих словах ты нашел оскорбление? Я лишь называю вещи своими именами. Этот путь боевые колдуны избрали сами.
– Этот путь ничем не хуже любого другого. Например, пути ведьмы, которая не может определиться, рассветная она или полуночная.
Сказал беззлобно, с фирменной полуусмешкой, но… все равно задел. Однако Морриган не была бы собой, если бы показала ему это.
